– С головой у меня всё нормально.
– пояснил я.
– Там должно было остаться оружие и боеприпасы. Провизия и аптечки. Если те, кто устроили засаду – не мародеры, то рюкзаки должны лежать нетронутыми где-то там.

– Вообще-то толково, - задумчиво посмотрел на меня Костолом. – Но очень опасно. А если там постоянно кто-то дежурит?

– Сомневаюсь. Зачем вообще устраивать там засаду? По туннелю что, каждый день кто-то катается на дрезинах что ли? Это же бессмысленно – комплекс пустует много лет!

– Может, на кого-то охотились?

– С самодельной миной? – я посмотрел на него с недоумением. – Это как из пушки по мышам стрелять.

– Не знаю. Да и не важно, что они там делали.
– бывший наёмник задумался, оценивая шансы.
– Ну, хорошо. Улыбнется удача – найдём оружие, патроны и аптечки. А дальше?

– Попробуем проследить, посмотреть. Куда-то же они Катю унесли? Должно же у них быть место отдыха?

– Надеюсь, что они не людоеды, – вздохнул Костолом, а после поднялся и направился к единственному выходу из помещения.

Он ухватил лежащую на полу ржавую стальную решетку, подтащил её к дверному проёму и поставил так, что если кто-то вздумает наведаться к нам в гости, непременно нашумит, пытаясь проникнуть внутрь.

Закончив с нехитрой установкой «двери», он повернулся ко мне и произнёс:

– Ну а как же вакцина? В «Лямбду-6» таким составом мы точно не дойдём, а стало быть, не сможем забрать то, что нужно для твоей вакцины.

– Хрен с ней! – махнул я рукой и медленно опустился так, чтобы голова вновь оказалась на свернутой тряпке. – Профессор Серов говорил - может быть пронесёт. А может и нет.

– Ладно.
– гигант почесал затылок.
– Тогда предлагаю закинуть что-нибудь в рот и часа два-три отдохнуть. Правда, у меня осталась лишь одна помятая банка тушенки, пол фляги воды и витамины.

– А мой рюкзак наверняка остался в дрезине, – нахмурился я, вспомнив, что снял его сразу, как только мы загрузились в транспорт.

– Ножа нет. – Костолом показал банку без этикетки. – Как будем вскрывать?

– Разбей камнем, – посоветовал я.

Здоровяк изощрённо выругался и принялся бродить по помещению, ища что-нибудь тяжёлое.

После пары минут поисков, он всё же нашёл то, что искал. В дальнем углу помещения, заваленного рассохшимися остатками деревянных ящиков, обнаружился когда-то срезанный автогеном небольшой фрагмент стального рельса. Помимо него в углу нашлась пустая стеклянная бутылка с напрочь сгнившей этикеткой, мятое ржавое ведро и дюжина рассохшихся от старости мешков, когда-то набитых влажным песком.

Костолом довольно хмыкнул и вернулся обратно.

– Не раздавить бы. Никогда ещё мне не доводилось вскрывать консервы таким варварским способом, – ухмыльнулся он и двинул по банке найденным куском металла.

Не получилось.

Ударил ещё раз.

– Не так, – подсказал я, наблюдая за его действиями. – Поставь на ребро и бей по краю.

Бывший наёмник сделал, как я сказал и снова ударил по банке. На этот раз получилось – банка лопнула по верхнему шву. Наружу брызнули капли жира и мясного сока. Дразнящий аромат мгновенно проник в нос, а давным-давно опустевший желудок громко заурчал. Костолом перехватил банку и ударив по ней ещё пару раз, добился того чтобы можно было отогнуть крышку пальцами.

Он на мгновение замер, рассматривая содержимое, а затем, услышав урчание моего желудка, улыбнулся и протянул мне банку.

После вскрытия, она оказалась ужасно деформированной. Лопнувший край грозил при неосторожном обращении случайным порезом. Но в принципе, если соблюдать осторожность, есть было можно.

Сунув в неё палец, я кое-как выковырял наружу довольно большой кусок тушеного мяса и быстро сунул в рот.

Если бы я мог видеть свое лицо со стороны, то уверен от наслаждения оно расплылось бы. Все-таки что ни говори, а после того, как мы уже несколько дней толком не могли нормально поесть, порция вкусного и сочного мяса показалось просто божественной пищей. И почему мы раньше не испытывали такого жесткого чувства голода? Ведь тушенка была у всех. Да и помимо нее, у профессора на складе были определенные запасы других консервов. Но тогда мне просто этого не хотелось. Обстановка не располагала? Ага, а сейчас она была самая, что ни на есть, располагающая?!

Я ощутил нарастающую тупую боль в желудке. Ну, ещё бы... За прошедшие дни я совершенно не уделял никакого внимания тому, что организму надо чем-то восполнять силы. Лишь по мере необходимости я закидывал в себя таблетки покойного Дока. Думаю, гастрит я себе уж точно заработал. Но разве сейчас это проблема?

Однако организм все-таки не сдержался и напомнил о том, что голод – вещь довольно серьезная. Да и с истощением шутить, тоже не стоило. Наверное, сыворотка Германова всё ещё частично работала и организм, подстегиваемый искусственно запущенными процессами регенерации, требовал порцию белков, жиров и углеводов.