На востоке была традиция целования в обе щеки, причём без какого-либо гендерного разделения.

Госпожа обладала достаточно высоким ростом, плотным сложением и с сохранившейся миловидностью на лице; волосы выкрашены в «махагоновый» цвет и уложены в высокую прическу. Карие глаза с зелеными крапинками сразу притянули к себе, едва только Люция взглянула в них. С этого момента установилась незримая нить понимания и симпатии между двумя столь разными женщинами.

— Будьте как дома, а мы поможем вам это почувствовать, пока будете гостить у нас, — добавила Урсула и обратилась к сыну, — Селим, ты принеси её багаж, а я проведу Люцию по дому, покажу её комнату. Пусть отдохнёт с дороги. Вечером увидимся.

— А обедом меня в этом доме не накормят? — с надеждою в голосе спросил сын. Обернувшись, та ответила с улыбкой:

— Обед перенесён в этом доме на вечер! Покушаешь в кафе сегодня.

Из уст матери звучало и строго, и шутливо, но давало понять, что рассчитывать не на что. В глазах Люции вспыхнуло удивление. У неё на Родине, в России большинство матерей заботятся о благополучии сыновей когда уже те становятся родителями, а здесь воспитание направлено на раннюю независимость от родительской опеки. Ей хотелось высказать своё мнение, но было рискованно начинать отношения со споров. Она лишь сочувственно пожала плечами ему в ответ на безмолвный вопрос: «Как ты, справишься?» — " За меня не волнуйся, все отлично! " — и скрылась за входной дверью дома.

— Ну вот, не успел познакомиться с этим Цветком, как уже разлучили, и виновница тому моя собственная мать! — бурчал Селим. — Обед вечером, ну, мама, ловко придумала!

От волнения он не сразу попал ключом в зажигание, от злости ударив ладонью о руль.

— Ничего, у меня ещё будет много времени, чтобы поближе узнать Люцию.

И рванул с места, посылая гравий в разные стороны.

Внутри дома всё дышало комфортом и теплом. Отделка по последней моде, мебель классического стиля предлагала уютное расположение. Сразу за коридором шла гостиная, которая сочетала в себе и зал, и столовую. На первом этаже располагались хозяйские покои и комнаты мальчишек, уборная, кухня и кладовая. Комнаты для гостей отвели на почётном втором этаже, в мансарде. Она состояла из двух спален и общего санузла. Этично и продумано со стороны матери отделить привлекательную молодую гостью подальше от своих сыновей. Бледно сиреневый тон обоев с еле заметным рисунком одновременно радовали и успокаивали глаз. Белая мебель — символ комфорта и роскоши, хотя и выдержана была в современном стиле, с раздвижными дверцами шкафа, без резьбы и с ручками-прорезями, гармонировала с общим интерьером. Кровать с высокой спинкой, застеленная стеганым покрывалом и нагруженная маленькими подушками в тон стен, могла вместить несколько человек, так и манила в свои объятия. Джутовые жалюзи закрывали одну половину французского окна, защищая комнату от солнечных лучей, а открытая вторая впускала свежесть позднего утра, развевая лиловый шифон гардин. Урсула показала, как пользоваться кранами и электронагревателем, где лежат все необходимые на каждый день принадлежности.

— Можно настроить кондиционер на желаемую температуру, — произнесла хозяйка, устанавливая термостат на +22 С.

— Урсула ханум, я хочу взглянуть каков вид с балкона, — спросив разрешения, Люция направилась в сторону открытого окна.

Маленькое пространство лоджии с радостью вмещало двоих человек: столик и два плетёных кресла. С обеих сторон, оплетая балясины и поднимаясь выше к перилам, радовали глаз разноцветные клематисы: васильковые, бледно-сиреневые, нежно-розовые. Балкон выходил на сад, но с одной стороны можно было видеть подъездную аллею. Люция, перевалившись через перила, разглядывала вид внизу. Урсула, присев в кресло, с удовольствием наблюдала за восхищением девушки,

— Тебе нравиться комната? Ты можешь завтракать здесь, если хочешь.

— О, да! Такого великолепного вида я ещё не наблюдала! " Только представить: я буду жить в комнате с окном до пола и балконом. Просто мечта! " — и, обернувшись к хозяйке, с благодарностью пожала её протянутые руки. — Я очень благодарна Вам за теплый сердечный приём. Когда я собиралась ехать, немного волновалась о том, как вы меня встретите, а приём выше всяких похвал.

— Не за что. Наш дом всегда рад принять гостей, тем более такую милую девочку. Ты принимай душ и спускайся на кухню. Мы выпьем чая из трав или сок, что ты захочешь, — и скрывшись за дверью, исчезла.

Ванная комната примыкала к спальне, что в тайне порадовало Люцию: не надо будет каждое утро спускаться вниз и пугать жильцов своим заспанным видом.

— Я настолько хорошо себя чувствую, приняв душ, что готова помочь вам с ужином, — произнесла Люция, входя на кухню.

Урсула, повернувшись от плиты, залюбовалась картиной: девушка была одета в простой хлопковый сарафан, с чалмой из полотенца на голове и босая. Такая раскрепощенная и домашняя и так разительно отличалась от той зажатой при первом появлении. Господь не дал ей дочери и она впервые задумалась о том, как ей её не хватало и что можно уже было бы иметь сноху. Улыбнувшись своим мыслям, кивнула на соседний стул, приглашая сесть.

— Вы гостья, — переходя на уважительное «Вы». — И я не вправе просить вас о помощи.

Но, увидев разочарование на лице девушки, смягчилась:

— Но раз хотите помочь, займётесь сервировкой стола. Жаль, что моего супруга не будет с нами, будем управляться с мальчишками вдвоём.

Между женщинами с первых минут установилась гармония и сейчас за дружеским чаепитием крепла всё сильнее. Они говорили о доме Люции, о моде, о кулинарии и прочих темах, избегая только разговор о Селиме. В воздухе чувствовался невысказанный вопрос матери о том, какие же чувства связывают её сына и эту девушку, ведь надо нечто особенное ощущать, чтобы приехать к парню издалека. Люция сама не знала, какой бы ответ устроил Урсулу, потому что сама его не знала. Насладившись беседой и утолив жажду, поднялась на второй этаж и, упав в раскрытую постель, быстро задремала.

И принимают тебя

Как родную стены этого дома.

Будильник на мобильном телефоне сработал в 16:00. Сладко потянувшись, Люция проснулась и, вспомнив где находится, резко села на постели. Окинула сонным глазом пространство. "Ну я и наглющая гостья, разоспалась", — осудила себя девушка и, вскочив на ноги, поспешила в ванную комнату. Наспех проведя водные процедуры, стала укладывать волосы. Собрав с висков часть прядей забрала их вверх красивым “крабом” и распустила оставшиеся пряди свободно лежащими на спине; на лицо нанесла немного румян и пудры, губы подкрасила коралловым блеском. Платье решила выбрать неброского кофейного цвета, приталенного фасона, чуть выше колен, с милыми разрезами по бокам. Посмотрев в зеркало, одобрительно кивнула своему отражению. Шустро сбежав по деревянной лестнице, проскочила в столовую.