И тут на арену выпихнули тварь. Чуть ли не пинком под задницу. Чуть ли — потому что побрезговали об нее сапоги марать, этот лубрикант не отстирать. Я уже пожалел, что не одел ОЗК, придется потом оттирать мой щегольский прикид. Ну тут никогда не знаешь, кого против тебя выставят — это один из минусов Ристалища. Хотя, вроде как тот «Тор» знал, не зря с секирой вышел…

Тварь лениво потрусила ко мне. Вот только ее внешняя якобы медлительность обманчива, эта скотина может выдать такой спринт, что убежать не успеешь. Я занял внешне расслабленную позицию, держа скимитар острием вниз — нечего показывать твари свои возможности. Тварь подбежала ко мне шагов на пять…

Рраз! Мне в лицо полетел длинный язык, раздвоенный на конце. Я машинально отклонился на пределе моих человеческих возможностей. Эх, жаль мне сейчас на ускорение выходить нельзя, сразу поймут, что дело нечисто. А то я сейчас обошел бы тварь как стоячую, даже несколько кругов нарезал! Даже обычный вампир, не Альфа, опережает летящую стрелу, что говорить обо мне…

Я взмахнул клинком и снес ящерице кончик языка. У-у, сколько эмоций! Ящерица зарычала, зашипела и забила лапами — от боли, наверное. Язычок вава? Бывает. А как тебе это, Илон Маск?

Я ушел в перекат со скимитаром в руке, и как только укороченный язык ящерицы скрылся в ее пасти, выкинул руку со скимитаром, целясь ей точно в глотку. Рраз! Кончик клинка прошел через пасть, не встречая сопротивления — не зря же там плетение стоит. А теперь срочно назад, а то тварь сейчас будет шумно и картинно подыхать, с плясками и спецэффектами.

И точно. Из пасти твари хлынул поток крови. Она забилась в конвульсии, суча всеми шестью лапами и издохла, распластавшись на песке. Финита ля трагедия.

— И наш новичок побеждает очередную опасную тварь!

Я прошел на свое место на скамейку. Теперь можно посидеть и посмотреть, чем дело кончится. А потом зайти к Быку и забрать деньги.

А дальше выступления продолжились. Крабоуки, панцирные волки — эти, кстати, были на восьмерке по шкале. Подбор тварей намекал на то, что охотники где-то взяли логова или попали на свежий пробой. Как Лами не божилась, что их давно не было.

Только вот с волками у гладиаторов что-то не заладилось. Сначала шло все хорошо. Но потом на втором волке один из опытных бойцов поскользнулся, а тот не дремал, сбил гладиатора с ног и впился зубами ему в глотку, а потом начал рвать на части. Пока униформисты не выбежали на арену и не нашпиговали тварь свинцом, спасать было уже нечего. В бесформенной окровавленной куче мяса было уже трудно узнать щеголя с мечом.

Я вздохнул и откинулся на спинку лавочки. Похоже, никого это не взволновало. Кто-то пил воду, кто-то весело общался с соседом. Почему я не удивлен? Гладиаторы по определению люди не чуткие, помер Максим — да и хрен с ним. Ошибся, бывает.

Третий волк отказался сражаться совсем. Точнее, похоже это была волчица — более изящная, если так это можно применить к панцирной твари, и белого окраса. Да и размером поменьше. Это создание силком вытащили на арену, и гладиатор приготовился отразить нападение с помощью шипастой дубины.

Вот только боя не получилось совсем — тварь была не то, что не агрессивна, совсем наоборот. Она попыталась вернуться туда, откуда ее выволокли, но там уже была закрыта решетка, и ничего у нее не получилось. Гладиатор стоял, перехватывая поудобней дубинку, и ждал. Но волчица совсем не хотела сражаться. Отпрянув от клетки, через которую ее били стрекалами, она лишь села на арене, всем своим видом показывая, что ее это не касается. Мне даже жалко ее стало, как-то так.

Толпа на трибунах бесновалась. Крики, свист и улюлюканье доносились со всех сторон. Особо разочарованные зрелищем зрители вскочили на лавки и истошно орали. Кто-то крикнул — «Убей!» И вот уже толпа сначала нестройно, потом уже слаженно скандировала этот призыв.

Гладиатор пожал плечами и с дубинкой наперевес пошел к волчице. Взмахнул дубиной, и…

Только тогда до нее дошло, что сейчас ей придет конец. Но она не стала атаковать, только уворачивалась от дубинки гладиатора. Раззадоренный гладиатор махнул дубинкой раз, другой… В какой-то момент неловкое движение твари привело ее точно под удар била. Она отлетела от могучего удара и впечаталась в прутья клетки, упав затем замертво.

Гладиатор даже смотреть не стал — плюнул в ее сторону и повернулся к разочарованной толпе. Выступление не задалось.

Униформисты засуетились, готовя арену к чему-то важному.

— А теперь — гвоздь программы, наш непобедимый чемпион Ристалища — Железный Штырь! — торжественно объявил шпрехшталмейстер.

Меня пробрал смех. С таким погонялом только в жесткой порнухе сниматься, но никак уж не на арене выступать. Но толпа на трибунах не разделяла моего скепсиса, судя по их животному ору восторга.

— Штырь! — скандировали они. — Штырь!

Я, скрестив ноги и руки, смотрел, чем дело окончится. Театральщина голимая — герой не появляется на арене, пока публика не дойдет до точки кипения. Точно! И не со скамейки вышел, подлец, а с выхода с арены.