— Как вести себя в высшем обществе, надеюсь, учить не надо? — черный взор его глаз проник до низа живота.

Мотнула головой, отчего золотые каскадные серьги больно хлестнули по щекам.

— Тогда жди, когда я помогу тебе выбраться из машины.

Мирон поправил манжеты дорогого пиджака и выбрался из спорткара. Кого-то поприветствовал легким поклоном головы и, обойдя капот, открыл дверцу с моей стороны, галантно подав руку. Его ладонь оказалась холодной и грубой, отчего ощутила небольшой эффект дежавю — Олег. Руки мужа в последние годы нашей совместной жизни стали такими же чуждыми и суровыми. Мирон приобнял меня за талию и властно повёл вглубь отеля через коридор приглашенных гостей.

— Улыбайся, — велел он. — Не будь амёбой.

Реплика прозвучало обидно, и, в отместку, нацепила на себя одну из самых своих обворожительных улыбок, отчего даже мой кавалер слегка засмотрелся.

— А ты красивая, когда не дёргаешься.

Горделиво кивнула, идя за ним. Мы поднялись на самый верхний этаж отеля, где располагался ресторан прямо на крыше здания. Немного странное место для особ в открытых вечерних нарядах. Ветер дерзко гулял по крыше, тревожа причёски дамочек, и те возмущенно жаловались на это своим кавалерам. Мне же жаловаться не приходилось. Мирон вел деловые разговоры, меня представлял, как давнюю подругу. Вежливо улыбалась его собеседникам и кивками благодарила за внезапно огромное количество комплиментов в свой адрес.

— Мирон? — едва не выдала себя, когда нужно было оглянуться.

Обернулась всем корпусом, заметив, что мой кавалер откликнулся на зов. Перед нами стоял обрюзгший мужик лет за пятьдесят.

— У меня мало времени, — начал он без приветствия. — Товар в порту Северного вокзала. Яхта ждать долго не будет.

— Подожди меня там, — безапелляционно велел Мирон, указав мне на место у бара.

Послушно выполнила, но дойдя до стойки, поняла, что мой сопровождающий исчез вместе со своими дружками. Сглотнула, соображая, как правильней поступить — бежать, сверкая пятками, или дождаться его? Выбрала второе, так как меркантильная душа ждала оплаты. Мужчина вернулся спустя четверть часа и был слегка возбуждён.

— Как развлеклась? — издевательски осведомился он и подал знак бармену. — Выпьешь чего-нибудь?

Мотнула головой, но похоже получать отказы от девушек не про него.

— Один виски со льдом, а моей даме Мартини.

Снова отрицательно повела головой, но его ладонь властно сжала мою.

— Есть разговор. Пойдём потанцуем, — и подхватив меня за талию, увёл вглубь танцпола.

Тело коснулось его стальной крепкой груди, а рука, державшая спину, напомнила смертельный капкан.

— Ты нужна мне ещё на пару дней. Плачу триста штук, но сюда входит не только сопровождение. Уж прости, но ты довольно аппетитный кусочек.

Дернулась, уперевшись в его грудь ладонями, но Мирон, ожидавший подобного, сильней пленил талию.

— Не ломайся. Ты не девственница, и я вполне себе неплохой любовник. В осадке не останешься. Мне нужна баба и ты меня очень даже устроила. Люблю, когда не зудят в уши.

Сжала ладони в кулаки, с трудом сдерживаясь от эпичной оплеухи по его гадкой физии.

— Ну? Чего не так? Мало предложил? Хочешь пятьсот? Окей, но это верхушка сделки. Не согласна? Тогда вали на хрен!

Как объяснить, что у меня есть дочь и я не могу оставить её одну настолько дней? А деньги нужны, даже очень нужны. Настолько, что не против лечь с ним в постель. Мужа столько терпела и его стерплю.

Мужчина достал из кармана телефон и, открыв мессенджер, протянул мне.

— Напиши, — понял он наконец мою проблему.

Быстро настрочила ответ и вернула ему.

— Дочь? — бровь Мирона недовольно поползла вверх. — Что за приют?

Напечатала ответ.

— Ясно. Мой человек заберёт её оттуда завтра после обеда и привезёт тебе. Идёт?

Воодушевлённо закивала и впервые улыбнулась ему не натянуто, а искренне. Мирон окинул меня цепким взором, словно увидев впервые. Подернул уголком рта и, приобняв со спины, увёл из ресторана. В машине, увы, снова овладел тремор. Что я делаю? Еду в логово бандита, ради чертовых денег. А если он обманет?

Жил Мирон в Пентхаусе. Дорогая мебель, серо-белый интерьер, навороченная техника. Мужчина впился мне в губы прямо с порога и утащил не в спальню, а на диван в гостиной.

Мирон был нетерпелив и вполне без комплексов демонстрировал своё красивое нагое тело. Однако, романтики и восхищения от его действий я не испытывала. Мужчина брал, а не давал. Брал властно, грубо и жадно, как Олег. Кусала губы, стараясь не вскрикивать, пока мной снова так похабно владели. Закончив, Мирон поднялся и косо посмотрел на меня:

— Фригидная что ли?

Мотнула головой, понимая, что не смогла показать себя в роли любовницы.

— В другой раз не лежи бревном, — буркнул он и прямо так без одежды направился на кухню.