И все они побежали обратно на ферму.

Час спустя я был не ближе к тому, чтобы найти Джорджию, чем когда вернулся домой. И я не получил ответа от Бо, Ника или Сайласа.

Я отчаянно хотел быть там и искать ее. Расхаживание по дому убивало меня. Но в ту секунду, когда я вошел в дверь после обыска на заднем дворе, Роуэн вцепилась в меня сбоку и не отпускала.

И я не хотел оставлять ее. Я не мог оставить ее одну в этом доме, без меня или ее матери.

Мне было невыносимо думать о том, что происходило с Джорджией. Пока я ходил взад-вперед, ее били? Или еще хуже? Была ли она жива?

Я позволил этим мыслям мелькнуть у меня в голове на секунду, пока не отогнал их. Я бы не позволил себе думать о худшем. Мне нужно было сосредоточиться на том, чтобы найти ее и позаботиться о Роуэн. Джорджия хотела бы этого. Чтобы я сначала позаботился о Роу, прежде чем обо всем остальном. Так что именно это я и сделал.

Я крепко обнимал ее, расхаживая по комнате, проверяя помощников шерифа и делая телефонные звонки. Ни разу я не опустил ее на пол, и ни разу она не ослабила крепкой хватки на моей шее.

— Джесс? — прошептала Роуэн.

— Да?

— Если мама не вернется домой, я смогу жить с тобой? — спросила она.

— Мамочка вернется домой, Роу. Ладно? Я обещаю Мы вернем ее.

— Что, если она этого не сделает? — Слезы катились по ее щекам, падая на мою рубашку.

— Ты всегда будешь со мной. Несмотря ни на что. Ты моя девочка, — сказал я.

— Значит, ты будешь моим папой? — спросила она.

— Я уже твой папа, малышка.

Она уткнулась лицом мне в шею, и я поцеловал ее в макушку.

Разговоры о возможности не найти Джорджию вызывали у меня тошноту. Мне пришлось сесть. Паника была невыносимой.

Было ли это то, что почувствовала Джорджия, когда увидела меня в отделении неотложной помощи? Потому что, если это было так, я был слишком строг с ней. Я развеял ее страхи и сказал ей, что все будет хорошо.

Я понятия не имел, черт возьми.

Этого не могло быть. Мне нужно было вернуть ее. Мне нужен был мой свет.

Я проглотил комок в горле.

Если я потеряю его, Роуэн тоже потеряет. И каким-то чудом она держала себя в руках. Сила этой девочки никогда не переставала меня удивлять.

Подвинув Роуэн, я вытащил свой телефон, когда он зазвонил.

— Сайлас.

— Родители Пирса были дома. У ребенка сегодня был передоз. Папа нашел его без сознания сегодня днем и срочно отвез в больницу. Похоже, он нюхал обезболивающие таблетки. Джиджи сегодня была его медсестрой в отделении неотложной помощи. Карлсон был его врачом. Ребенок все еще там, пробыл в больнице всю ночь по приказу Карлсона.

— Что? Как мы могли ничего из этого не слышать? — спросил я.

— Я не знаю, — пробормотал Сайлас.

— Карлсону следовало бы сообщить об этом. Врачи обязаны уведомлять местные власти, когда несовершеннолетние попадают в больницу из-за злоупотребления наркотиками, — сказал я.

Думай, Джесс. Думай.

— Это должно быть как-то связано с этим ребенком. Мое чутье подсказывает мне, что он — связующее звено. Я еду в больницу, чтобы поговорить с ним сам. Встретимся там с Сэмом, — приказал я.

Как только я устроил сопротивляющуюся Роуэн со своей командой, я сел в свой грузовик и полетел в город. Скотти Пирс расскажет мне, что, черт возьми, происходит, даже если мне придется выбивать информацию из него.

Глава 25

Я проснулась одна на холодном цементном полу, лежа на боку со связанными за спиной руками.

Эверетт и Бенсон отвели меня в подвал, судя по маленьким прямоугольным окошкам в стенах из бетонных блоков. Вдоль комнаты тянулись высокие металлические полки, уставленные дополнительными медицинскими принадлежностями. В углу стояла кровать, завернутая в пластик.

Мы были в больнице.

Я никогда раньше не была в подвале больницы. Во время моей первой экскурсии мой босс указал на дверь в подвал, но не повел меня сюда. Дверь в подвал находилась прямо у лестницы, которая вела наверх, на второй этаж. Я проходила мимо этой двери бесчисленное количество раз, но никогда не входила в нее.

Мое тело сильно дрожало, как от холода, так и от страха. Когда Эверетт забрал меня с фермы, на мне не было пальто, и мои ноги были босы. Было ужасно холодно лежать здесь на цементном полу в одних рваных джинсах и термобелье с длинными рукавами.

Как долго я здесь пробыла? Я сняла часы, чтобы приготовить ужин. В окнах подвала не было света, но в эти дни темнело так рано, что это мало о чем мне говорило. Это может быть шесть часов вечера или три часа утра.

Я надеялась, что с Роуэн все в порядке и Джесс нашел ее в гараже. Что Эверетт не передумал и не пошел за ней, как только я отключилась.