Я усмехнулся. Она всегда находила какую-нибудь новую шутку или способ подразнить меня по поводу того, что я полицейский. Мне это нравилось. Мне нравилось, что она была умна и обладала сообразительностью. Что она держала меня в напряжении.

— Пока нет, — сказал я. — Но, похоже, это будет хороший день.

— О, да? Что происходит?

— Получил наводку. Пара парней катались на снегоходах в горах и наткнулись на старую лачугу. У нее был очень сильный химический запах, поэтому они не подходили слишком близко, но подумали, что об этом стоит сообщить. Я думаю, они наткнулись на кухню Уэса.

— Серьезно? — спросила она.

— Ага. Уже подъезжаю. Майло и Бо позади меня.

— Это так здорово, милый. Надеюсь, ты найдешь ее. Но почему Бо идет с тобой? Это не похоже на настоящий поиск и спасение, — сказала она.

Я снова усмехнулся.

— Поиск и спасение. — Не так смешно, как «гаражный», но это все равно заставило меня рассмеяться. — Бо из Лесной службы, Веснушка. Снегоходчики сообщили, что хижина находилась на территории национального парка.

— Попался, — сказала она. — Разве метамфетаминовые дома не чрезвычайно опасны? Стоит ли тебе приближаться к нему?

— Мы пока просто проверяем. Если это кухня, мы обратимся в государственные органы. Затем мы пришлем специализированную команду для зачистки.

— Ладно. Будь осторожен, — сказала она.

— Я не смогу встретиться с тобой за ланчем сегодня.

Этим утром я трахнул ее в душе до того, как Роуэн проснулась. Потом я наблюдал, как она собирается на работу, что делал каждый день. Мне нравилось наблюдать, как она наклоняется над раковиной, когда наносит макияж, как ее задница торчит вверх, когда она наклоняется к зеркалу. Но больше всего мне нравилось наблюдать, как она поправляет прическу. Она высушивала их феном, и когда заканчивала, они становились пышными и мягкими. В течение часа они оседали и принимали свой обычный объем. Но прямо тогда, в нашей ванной, с ее пышными длинными волосами и телом, завернутым в полотенце, она остановила мое сердце.

И возбудила меня. Обычно мне требовалась вся поездка на работу, чтобы вернуть все под контроль.

Этим утром, пока я наблюдал за ней, мы планировали вместе пообедать в гастрономе в центре города. Теперь, когда я направлялся в горы, мне повезет, если я вернусь домой до ужина.

Но пропущенный обед стоил того, если бы я нашел кухню. Мне нужен был этот прорыв. Мне нужно было добиться некоторого прогресса во всех этих гребаных открытых делах. Вопросы без ответов терзали мой разум, и у меня начались проблемы со сном.

Прошло более двух недель с момента убийства Уэса, и как убийца, так и грузовик Уэса исчезли с лица земли.

Вдобавок к тому, что убийца был на свободе, я не добился никакого прогресса в поисках продавца обезболивающих таблеток, отпускаемых по рецепту. У меня были помощники шерифа в штатском, которые целый месяц разгуливали по городу. Они бродили вокруг, выискивая подозрительные посылки, спрятанные в странных местах, и наблюдая за людьми, слоняющимися по странным районам города. Но ничего не всплыло.

А потом было дело Сайласа о незаконном проникновении на чужую территорию. Я закрыл это дело, но оно все еще беспокоило меня. Я ненавидел нераскрытые дела, особенно те, в которых были замешаны друзья. Мы, вероятно, никогда не найдем того, кто убил теленка Сайласа. Никаких свидетелей не было, и если бы они этого не сделали, было бы невозможно произвести какие-либо аресты.

Так что найти кухню Уэса, даже после того, как Уэс был мертв, было бы хорошим днем. Действительно чертовски хорошим днем. Мне не пришлось бы беспокоиться о том, что кто-то вмешается и займет место производства Уэса.

— Я думаю, что уничтожение источника неизвестного, но, вероятно, большого количества нелегального кристаллического метамфетамина превосходит свидание за ланчем с твоей соседкой по комнате, — сказала Джорджия.

— Соседкой по комнате? — спросил я.

— Просто пробую.

— Попробуй что-нибудь еще.

— Будет сделано, Шериф.

— Ладно. Увидимся вечером.

— Люблю тебя. Пока, — сказала она и повесила трубку.

Она закончила разговор прежде, чем я успел сказать ей, что тоже ее люблю. Но я подумал, что смогу сказать ей сегодня вечером, когда вернусь домой.

Я был не прав.

?

Черт, запах был ужасный.

Даже чистый горный воздух в сочетании с ароматом сосен, исходящим от деревьев, не мог перебить вонь химикатов, обжигающую мои ноздри.

Мы подъехали к горной хижине примерно через сорок пять минут после того, как проехали по едва заметным тропинкам и петляли между деревьями. Неудивительно, что долгие недели поисков кухни ничего не дали. Уэс построил ее так далеко от проторенных троп, что было чудом, что мы нашли ее сегодня. Пару раз по дороге мне приходилось останавливаться и выходить, чтобы убедиться, что я еду по следам снегохода.