— Господин, позвольте. Вам надо еще подлечиться. У вас ожоги, они не прошли, — ныл лекарь, бегая за отцом, словно мелкая собачонка.

— Плевать! Я не чувствую боли. Этот гад меня просто убил. Кто бы знал? Завистник, негодник такой! Кого я воспитал, боже мой… — продолжал патриарх.

Затем повернулся к лекарю и сказал, что тот может идти. Дальше его будет лечить Надежда, которая кстати уже подошла.

— Пап, я тут хотела сказать… — робко произнесла девушка, окидывая напуганным взглядом усадьбу, пострадавшую от вторжения.

— Знаю! Ожоги еще остались. Сейчас пойдем в дом и залечишь, — с досадой воскликнул отец.

— Не только это. Там Дима. Он оставил послание, если что. Не знаю даже как, лучше сказать.

Мы тут же бросились к Наде, которая неуверенно извлекала телефон из кармана и включила там аудиозапись. Это явно был голос Дмитрия. Похоже, он записывал свое обращение, пока мы дрались с огненным гадом.

— Всем привет. Эм, то есть пока. Я решил уйти из дома, и попытать судьбу. Наверное, это плохо с моей стороны, но я привык всегда быть первым. Просто делать что-то и добиваться. Получать то, что хочу, не встречая преград. Похоже это меня расслабило, превратило в какого-то олуха. Теперь даже Саша и тот стал сильнее. Надо с этим как-то бороться. Думаю, что свободное плавание тут поможет. Я не брал у вас много денег, только свое. То, что у меня было, то, что когда-то дарили. Не знаю, сколько меня не будет. Думаю, пару месяцев, может меньше. Мне надо вправить мозги, все осмыслить. Потому что так продолжаться не может, — сбивчиво говорил парень, с трудом подбирая слова, будто отвечал у доски самый сложный предмет.

Там было что-то еще. Дмитрий говорил долго, будто желая высказать все, что накопилось за это время. Только я не стал дальше слушать, ведь смысл его сообщения и так был понятен.

Ох, парнишка явно не знал, что все мои заслуги — это последствия вселения Егеря в тело смертного.

Хотя, очистить разум и собраться с мыслями, это всегда хорошо. Только он малость переборщил. Ведь связь с родом в такое опасное время нельзя обрывать. Кто знает, что вообще может случиться?

Но это явно не мое дело. К тому же отец уже обещал «отыскать недоумка» и всыпать ему по полной за дерзкий поступок.

Несмотря на все передряги, жизнь текла своим чередом. А наши осенние игры подходили к своему завершению. Дуэли становились все жестче, участников было все меньше, потому что многие выбывали.

И вот, я снова сидел на трибуне небольшого спортивного стадиона, глядя за тем, как выступают мои товарищи.

Сегодня на ринге вновь блистал Павел, который дрался с мощным парнишкой, имеющим статус явного фаворита. Противник обладал вытянутым дерзким лицом и торчащими вверх волосами, которые будто специально взъерошили.

Он всем своим видом показывал превосходство. Причем, на деле тоже не отставал, в отличие от того же Каменского.

Последнего, кстати, давно отстранили, проводя большую проверку. Папочка спрятал парня в далекой усадьбе. А сам род Каменских затих, будто шкодливый кот, совершивший какую-то пакость.

Так вот, дуэль протекала неплохо. Павел провел пару успешных атак. И противник стал отступать, рискуя получить поражение.

Трибуны ответили на такое сплошным ликованием. Настроение нашей команды было на высоте.

Но тут соперник изменил тактику боя. Он подпустил к себе Павла поближе и выпустил из рук энергетические хлысты.

Один взмах такого хлыста попал по ногам капитану нашей команды. Другой сияющий кнут полетел в лицо, но Павел его заблокировал.

Тогда капитан решил применить силовой удар. Только Тим (кажется так звали парня) ловко отбежал в сторону.

— Ха! На получи, качок чертов! Думаешь, накачал банки и все можно? — язвительно бросил он, пуская в ход магию.

Павел получил хлыстом по корпусу, взвыл и снова начал атаковать. На сей рез ему удалось впечатать противника в силовое поле, которым был окружен ринг.

Только тот собрал в кулак волю, не давая себе посыпаться. Он лишь ахнул, с трудом устояв на ногах, и бросил в Павла кусок энергетического хлыста. Который на сей раз попал по лицу.

Тогда ослабленный, но готовый стоять до конца противник резко рванулся вперед. Павел попытался отбиться несмотря на боль и потоки слез после хлесткого попадания.

Но, надо отдать должное Тиму. Он прекрасно умел сражаться. Потому провел серию мощных ударов, которые четко достигли цели. И вскоре Павел оказался в нокауте, пропустив не сильный, но точный удар в подбородок.

Дальше для нашей команды наступил траур. Парни стали белее смерти. Они замолкли, не зная, что говорить и уставились вниз. Ведь мы только что лишись сильнейшего игрока. А значит и шанса победить в играх. Да чего там, теперь даже мало-мальски нормальное место нам уже не светило.

— Парни, а куда делся Павел? Что он к нам не подходит? — вдруг спросил Воробьев.

Его голос звучал словно издевка. На молодого парня тут же зашикали, призвав думать головой и молчать. Ведь сказать по-настоящему что-то ободряющее сейчас нереально.