Шрифт:
Вызвать МЧС?
Как-то глупо. Что я им скажу — у меня щеколда сломалась, спасите меня?
Но как-то нужно было выбираться отсюда.
Услышала шорох в коридоре и кинулась к двери.
— Эй, кто-нибудь! — закричала я в проём двери. — Мне нужна помощь!
— Чего тебе, убогая? — услышала я голос того, кто оказался в коридоре именно в это самое время. Матвей… Ну почему — он?! Впрочем, сейчас это уже неважно, кто меня отсюда извлечёт, лишь бы помог.
— Слушай, тут щеколда… Заела. Не открывается.
— Ты прикалываешься?
— Нет. С чего ты взял? Не могу открыть дверь!
— Просто ты косорукая, в этом вся беда.
— Я не косорукая! — начала я злиться. — Она реально сломалась. За гвоздь зацепилась, что ли…
— Хм-м-м… Ну-ка попробуй ещё раз отодвинуть её.
Я снова подёргала. И снова без результата.
— Не получается, — ответила я. — Она намертво встала.
— А если дверь попробовать потянуть на себя?
— Тоже не поддаётся.
— А если приподнять дверь?
— Нет, ничего не выходит!
— Блин…
— Помоги мне, пожалуйста… Я уже тут замёрзла сидеть.
— Придётся ломать дверь.
— Ну… Если иначе никак.
— Никак. Надо сломать шпингалет. Отойди от двери.
Я отошла к самому окну и стала наблюдать, как Матвей пытается плечом, судя по звуку, выбить шпингалет силой…
Мне оставалось лишь надеяться, что его сила дикого молодого медведя наконец пригодится и сыграет нам на руку.
Спустя непродолжительное время дверь поддалась.
Шпингалет просто слетел с гвоздей, на которых был прибит к двери, и повис на одном из низ…
— Матвей! — понеслась я к нему и неожиданно для самой себя обняла парня за шею. Я была так рада своему избавлению из заточения, что, кажется, не соображала, что делаю…
— Эй… Ты чего? — уставился он на меня широко раскрытыми глазами.
А потом опустил глаза ниже, смотрел на верхний край моего полотенца, который прикрывал моё тело в районе груди.
Только сейчас до меня дошло, что я вообще-то в одном полотенце тут стояла…
— Ой, извини… — опустила я руки.
Хотела сделать шаг назад, но не смогла — меня за талию удержали на месте его руки.
59
— Я…пойду? Спасибо, — нажала я на его руки. Обниматься с Мотом в мои планы не входило… А сердце между тем быстро-быстро забилось, я жутко разволновалась от его близости ко мне…
Неужели я начала что-то чувствовать к этому парню?
Не должен он мне нравиться!
Он меня шантажировал.
Он оскорблял меня и плохо обращался со мной.
Так почему же я чувствую что-то иное, не относящееся к ненависти?
Он нехотя меня отпустил, но продолжил скептически оглядывать меня в полотенце.
— Что ты уставился? — спросила я с вызовом, натягивая полотенце чуть выше.
— Слушай, тебе полотенце идёт гораздо больше твоих дурацких шмоток, — заявил он с усмешкой. — Может, тебе стоит выкинуть свои вещи и начать ходить прямо в полотенце?
— Очень смешная шутка! — фыркнула я и обошла его, намереваясь всё же дойти до своей спальни и переодеться там в эти самые “дурацкие шмотки”.
— А я не шучу. Убогая, — крикнул он мне вслед.
Ну ведь явно задеть хочет. Обратить на себя внимание.
Словно первоклассник, который дёргает понравившуюся девочку за косичку… Но не признаётся в том, что она ему на самом деле нравится.
Я вскинула подбородок и гордо пошла дальше даже не обернувшись.
Не стану поддаваться на провокации, мне собираться нужно. Я, между прочим, из-за этой заевшей вдруг щеколды теперь опаздываю на свидание. Не стану я тратить драгоценное время на препирательство с Матвеем.
— Ещё щеколду новую покупать из-за тебя! — услышала я, когда уже открыла дверь своей комнаты.
— Ничего. Купите, — заявила я. — Чай не бедствуете. От вас не убудет!
И захлопнула дверь, отрезав себя от коридора и Матвея в нём.
Выдохнула, довольная собой и пошла к шкафу — всё же время поджимает, нужно одеваться.
Спустя час я, готовая к выходу, спустилась вниз.
Перед выходом из дома захотела выпить воды и по несчастливой случайности столкнулась в кухне с Матвеем, который решил перекусить бутербродами с чаем.