Подобное безжалостное честолюбие вызвало у Бесс отвращение, и она оставила мужа со свекром продолжать разговор, поднявшись в детскую, где находилась родившая Фитчету дочь Алина. Она кормила и собственного младенца, и сына Бесс. Та окинула взглядом разрумянившееся и счастливое лицо девушки, к каждой груди которой присосалось по малютке, и спросила себя, удалось бы и ей добиться гармонии, родись Бесс сословием ниже?

Свадьбу второго сына короля с маленькой наследницей Моубреев отпраздновали со всей возможной в данном случае фантазией. В церковь Святого Стефана девочку сопровождали лорд Риверс и сын герцога Саффолка, граф Линкольн, внутрь же Анну Моубрей ввели герцоги Глостер и Бэкингем. К алтарю крошку подвел сам король. Задолго до того, как мероприятие подошло к концу, оба ребенка уже начали клевать носом и засыпать, Анну унесла ее нянюшка, а четырехлетнего Ричарда - лично отец.

Томаса должным образом посвятили в рыцари, и он прекрасно проявил себя на последовавшем днем позже турнире, выехав под недавно вытканным знаменем с серебряными крестами на красном поле.

'Как умно он действует', - восхищенно заметила Аннетта. 'Вы видели, матушка, как Томас сбросил на землю сэра Ричарда Грея?'

Тем не менее, преобладающее число побед на турнире принадлежало Вудвиллам. Энтони устроил в честь открытия впечатляющее зрелище, после чего празднования затянулись на целые сутки. Все завершилось великолепным ужином, во время которого Его Величество начал обсуждать планирование дальнейших бракосочетаний.

'Елизавету я выдам за сына Людовика', - порывисто объявил Эдвард. 'Мария станет королевой Дании, а Сесиль, может быть, выйдет на Джеймса Шотландского. Екатерину вполне престижно и удобно отправить в Кастилию'. Он осушил свой кубок и попросил снова его наполнить. 'Каждой дочери по короне, согласна, любовь моя? Мы уже давно обсуждали вероятность воплощения подобного проекта'.

'Да, никак не меньше', - кивнула Елизавета, - 'и еще необходимо теперь найти подходящую невесту для Эдварда. Его брат отныне обеспечен и может жить сам по себе'.

'Давайте', - призвал Эдвард и рыгнул, - 'давайте провозгласим тост, джентльмены, за моих прекрасных дочерей'. Он поднял кубок, принцессы улыбнулись и вспыхнули, а их бабушка, герцогиня Жакетта, окинула окружающих гордым взглядом.

На какое-то время призрак герцога Кларенса был забыт, но никто на празднике не остался в неведении, что даже сейчас парламент обсуждает приговор Его Милости.

Спустя несколько дней в дом сына явился лорд Говард. 'Свершилось', - произнес он. 'Как можно простить человека, обвиняемого в стольких преступлениях? Нашелся даже документ с печатью покойного короля, подтверждающей клятву сделать Кларенса наследником, если прямой отпрыск Генри уйдет в мир иной. Какое еще доказательство государственной измены нам требуется?'

'Его сочли виновным?' - уточнил Томас.

'Да, как я и предсказывал. Бэкингема возвели в сан сенешаля Англии, и он объявил приговор. Любит звук своего голоса молодчик, сказал бы, что герцог явно наслаждался выполнением возложенной на него задачи'.

Пока свекр разглагольствовал, Бесс сидела, рассматривая содержимое своей тарелки - приготовленное на пару мясо и только что испеченный хлеб. Она искренне ненавидела Кларенса, с минуты совершения жестокости в отношении Анны и разожженной Джорджем горькой неприязни между ним и Ричардом, но мысль о казни родного брата короля наполняла все ее существо неким безотчетным ужасом.

'Его Милость умрет?' - спросила Бесс.

'Более, чем вероятно', - ответил лорд Говард. 'Ни один человек среди простолюдинов, как и среди пэров не поднял голос за Кларенса, но способ казни выберет исключительно сам монарх'.

Бесс подумала об Эдварде и о грузе лежащего на его плечах решения, о давлении верности семье, о голосах, убеждающих короля поступить так или иначе, и не сумела удержать брызнувших из глаз слез.

'Святой Крест!' - воскликнул Томас. 'Ты плачешь о герцоге Кларенсе? Мне казалось, что ты его ненавидишь'.

'Я плачу не о нем', - резко покачала головой Бесс, - 'только о том, что он сделал для оставшихся среди нас'.

'Насколько мне известно, для вас он не сделал ничего', - живо откликнулся лорд Говард. 'Да, было дело с герцогиней Анной, но с тех пор прошло уже пять лет. Без Кларенса двор превратится в значительно более приятное место. Что интересно, задержали епископа Стиллингтона, и никто не знает, почему, но, подозреваю, тут разворошили некое тайное дело. Поэтому, чем скорее Джордж отправится туда, где окажется не в состоянии устраивать заговор против короля, тем лучше'.

Пока Его Величество раздумывал, успело пройти две недели. Парламент попросил монарха подписать смертный приговор, Эдвард воззрился на бумагу, поднял ее, снова положил и принялся измерять покои шагами.

Лакомящаяся сладкими сливами королева, чудесно осознающая, что они прибавят ей лишний вес, заметила Бесс усталым голосом: 'Я так измучилась от всей этой тягомотины. Джорджу следует отрубить голову немедленно'.

'Ваша Милость, но, если бы в подобном положении очутились лорд Риверс или ваш брат Ричард-' - неосторожно начала Бесс, но под ледяным взглядом вынуждена была замолкнуть.