— Я ждал тебя гораздо раньше, дражайшая супруга. Неужели ты так долго не могла меня отыскать?

Не дожидаясь ответа, он выпустил ее и прошел к бару, чтобы приготовить коктейль.

Джейрд казался веселым и вполне довольным жизнью. На нем был дорогой элегантный, очень легкий костюм и белоснежная рубашка, и, когда он обернулся, Коринна готова была задушить его. Она страдала, в муках рожала ребенка, встречалась с грубыми, мерзкими людьми, пытаясь досадить ему. И все напрасно! Джейрд просто игнорировал ее, она, с ее местью и страданиями, ровным счетом ничего не значила для него.

— Ублюдок, — процедила она сквозь зубы.

— Нет, вы только послушайте, каким словам научилась моя благовоспитанная женушка! Ну и ну, не ожидал я от вас такого, миссис Бёркетт.

— Ублюдок, подлый ублюдок, — твердила Коринна, не обращая внимания на то, как меняется в лице ее муж.

Она поискала предмет, который можно было бы запустить в своего ненавистного врага. Первым, что подвернулось ей под руку, оказалась китайская фарфоровая ваза с цветами. Разъяренная женщина схватила ее и швырнула в мужа, но Джейрд ловко отскочил в сторону, и бесценный китайский фарфор брызгами отлетел от стены. Распаленная и этой неудачей, Коринна бросилась к окну, где стоял цветочный горшок, но Джейрд обхватил ее за талию.

— Или ты будешь вести себя как следует, детка, или я заговорю с тобой по-другому, — прорычал он и, подняв на руки, швырнул ее на тахту. — Ты у меня не так запоешь, чертовка! Раз ты ко мне явилась, будь любезна разговаривать со мной как полагается, иначе я просто запру тебя на чердаке, и будешь сидеть там, пока не поумнеешь.

— Ты не посмеешь!

— Еще как посмею! Хочешь сама убедиться или, поверишь на слово?

Коринна поняла, что Джейрд очень разозлен и может выполнить свою угрозу. Она села на диван, поправила шляпку и выпрямила спину, стараясь выглядеть как можно увереннее.

Джейрд, успокоившись, подошел к бару и наполнил бокал.

— Хочешь выпить? Почему ты не послушалась меня и не уехала? Всего этого можно было избежать. Согласись, мы оба ведем себя не лучшим образом, а ведь и ты, и я давно уже вышли из детского возраста.

— Джейрд, что ты сделал с моими деньгами? — тихо спросила Коринна.

— Положил на свой счет.

— В каком банке?

— Какая разница? Я позаботился о том, чтобы ты не смогла их снять.

Коринна вспыхнула от возмущения.

— Ты не имеешь права! — крикнула она, чуть не потеряв над собой контроль. — Ты украл мои деньги! Ты вор, гнусный вор!

— Ты, кажется, забыла, что я твой муж, а имущество супругов нераздельно. Твои деньги принадлежат мне по праву.

— Но ты поклялся, что не прикоснешься к моим деньгам!

— Значит, я солгал. — Джейрд невозмутимо пожал плечами. — Разве ты забыла, что я не всегда веду честную игру?

— Ты, наверное, забыл, что дал мне письменное обещание не прикасаться к моим деньгам и не вмешиваться в мою жизнь? У меня есть подписанный тобой документ, так что берегись, Джейрд Бёркетт.

— И что ты собираешься с ним делать?

— Что? Я обращусь в суд, и закон меня защитит. Ты, кажется, забыл, с кем имеешь дело!

— Действительно, я забыл, — рассмеялся Джейрд, — бедная мая женушка, как же мы с тобой похожи! Ты чертовски не любишь проигрывать, и я тоже.

— Джейрд, послушай…

— Этот документ здесь, на Гавайях, и гроша ломаного не стоит, поняла? Ты мне, конечно, не веришь, ну так покажи эту бумажку адвокату. Думаю, он от души повеселится. Вы, американцы, уже давно пытаетесь прибрать наш остров к рукам, но мы пока еще независимое государство, и законы Соединенных Штатов здесь не действуют.

Коринна похолодела от страха при мысли о том, что теперь может произойти. Ах, почему она была так безрассудна, почему не продумала все как следует? Теперь она полностью оказалась во власти Джейрда, и закон на его стороне.

— Ну, теперь ты все поняла? — спросил Джейрд, внимательно следивший за выражением ее лица.

Наконец-то он одержал полную победу, но как же она возненавидела его за это! И почему Джейрда Бёркетта это так тревожит? Коринна должна быть ему безразлична!

— Я все поняла, Джейрд, — спокойно ответила Коринна, гордо подняв голову. — Тебе нужны мои деньги? Ну что ж, оставь их себе. У меня есть немного наличности, я могу продать драгоценности, так что как-нибудь продержусь, пока отец не пришлет мне еще.

— Ты все перепутала, Коринна! Мне вовсе не нужны твои деньги. Ни раньше, ни теперь твое богатство меня не интересовало. Я хочу, чтобы ты убралась прочь из этого города, чтобы ноги твоей на острове не было! Как только ты скажешь мне, что готова уехать, ты тут же получишь свои деньги назад.

Коринну терзали противоречивые чувства, и она ничего не могла с собой поделать. Еще несколько часов тому назад она желала только одного: уехать, уехать немедленно и больше никогда не возвращаться. Но сейчас, когда этого потребовал Джейрд, она ни за что не хотела с ним согласиться. А ведь что могло быть проще, чем сказать ему; «Я уезжаю, прощай», и забыть обо всем этом кошмаре. Но в Коринну словно бес вселился.