И притворился зеленым пнем, а я опустил Ваську на землю и тихонько пошел по тропинке.

— Избушка, — позвал ласково, — это я, Веник, твой хозяин. Не бойся, иди сюда.

Послышался треск. Видимо, избушка не поверила мне на слово и решила уйти дальше в чащу.

— Ты что, милая? — увещевал я. — Испугалась? Бедная, хорошая. Злодеи уже ушли, Руслав их прогнал. И Васька здесь, ждет тебя. Давай, выходи.

Беглянка не сдавалась. Закурлыкала и зашагала прочь.

— Изба! — рявкнул я. — А ну живо сюда! Ты что, забыла, кто твой хозяин? Хочешь, чтобы я всю ночь тебя ловил? Так вот, не стану, и не надейся! Либо иди сюда, либо я найду себе другую избу, а ты живи в чаще, грязная, не метена, не топлена. Так хочешь, а?

Изба, похоже, задумалась, потому что хруст прекратился. Значит, замерла на месте.

— Избушечка, — я снова сменил тактику, — цып-цып-цып. Иди сюда, умница. Мы тебя вымоем, вычистим, новые занавески повесим. Хочешь?

Избушка робко выступила из-за деревьев, переминаясь с лапы на лапу. Я ласково погладил деревянный бок.

— Вот и хорошо, — прижал обе ладони к стене избушки. — Идем на место, там нас уже Хельга с Русиком ждут.

Избушка зашагала вперед, мы с Васькой побежали следом: все-таки бегало наше жилище очень быстро, и скорость набрало ту еще. Хельга и Руслав действительно нашлись на поляне. Оба сидели у шатра. Русик казался очень бледным, но уж точно не умирающим, а Хельга не сводила с него влюбленных глаз.

— Вернулись? — Руслав поднялся на ноги. — Ну, здравствуй, изба.

Избушка выкинула коленце, будто радуясь встрече, и встала на место, а я открыл дверь. Внутри царил бардак. Вещи попадали, посуда побилась. Хоть бы зеркало не пострадало!

— Васька, поможешь? — спросил кота.

— Помогу, — вздохнул тот, мол, ничего без меня не можете, и важно прошел внутрь. Повел хвостом, и черепки снова стали цельными, превращаясь в тарелки, а вещи поплыли в воздухе, занимая положенные места.

— Спасибо, Василий. С меня мясо, — ответил я и поспешил в спальню, достал завернутое в тряпицу зеркало из-под матраца. Цело!

— Зеркало, ты как? — спросил у отражения.

— Лучше не бывает, — прокашлялось оно.

— Покажи мне Арину.

— Закрыта она магическим заслоном. И братец её Черновей тоже.

Братец? Вот оно что!

— Спасибо, зеркало.

Я убрал свое сокровище и сел на лежанку, обхватив голову руками. Видимо, Черновей как-то дал знать Арине, что мы на свадьбе, она и пришла вместе со зверем. Сегодня избушке удалось спастись, а что будет в следующий раз? Ведь в то, что злодеи остановятся, я не верил. Нам нужен был план, но я так устал, что мысли путались. Вспомнив старую мудрость, что утро вечера мудренее, я лег и закрыл глаза. Ничего, будет и на нашей улице праздник. Обязательно будет.

— Значит, Черновею нужно зеркало, — говорила Хельга.

Мы вчетвером сидели в нашей кухне-студии и пили горьковатый травяной чай. Чародейка заявила, что он успокаивает нервы и придает бодрость духа. Пока что никакой бодрости я не чувствовал, а вот спать хотелось, несмотря на то, что всю ночь дрых как сурок. Да, не самое красивое выражение, зато точное.

— Думаю, что да, — ответил я, поняв, что пауза затянулась. — Книгу Арина похитила, но книга бесполезна без зеркала. Значит, наш враг придет снова.

— И что будем делать? — мурлыкнул Васька.

Я покосился на Руслава. Ворон казался необычно задумчивым и молчаливым. Уже жалеет, что позвал Хельгу замуж? Или не рад, что избавился от проклятия? Как бы там ни было, снова обрастать перьями Руслав не торопился.

— Предлагаю действовать на опережение, — сказал я. — Вернуться в столицу, выследить Черновея и схватить. А там он сам расскажет, зачем ему книга, и куда он дел Бабу Ягу.

— Думаешь, это все-таки он? — спросила Хельга.

— Приметы сходятся. Так что почти уверен.

— Располосовать бы его наглую рожу, — воинственно заявил Васька. — Пусть только сунется к нашей избушке! Уж я-то его привечу.

В способностях Василия я не сомневался. Уж кто-кто, а он у нас кот грозный, слов на ветер не бросает.

— Руслав, а ты что скажешь? — обратился к ворону.

— А? — Тот вздрогнул и обернулся. — Простите, я прослушал.

— Мы говорим о том, что надо выследить и схватить Черновея, — ответил я. — Иначе он не угомонится.

— Да, надо. — Руслав снова уставился куда-то в пустоту. Хельга накрыла своей ладошкой его руку. Наверное, нелегко привыкать к миру, когда ты снова стал человеком, будто заново родился.

— Значит, поступим следующим образом. Сегодня я пойду в Мятич, куплю новые занавески, которые обещал избушке, и мясо для Васьки, а вечером сядем и устроим мозговой штурм.

— Какой-такой штурм? — уставился на меня Василий.

— Мозговой, — постучал по своему лбу. — То есть все вместе подумаем и составим план, как заманить Черновея в ловушку. Он знает, где нас искать. Но теперь и для нас не тайна, где он прячется. Притаился в царском тереме и думает, что мы его не достанем? Как бы не так!