– Если это так просто, почему ты не сделала так с самого начала? – недоумённо спросил он, - Многие же не покупают наш переработчик только из-за этого. Зачем, ответь мне, зачем было это делать?

– Для того, чтобы люди не расслаблялись, - равнодушно ответил я, - если бы вкус пасты был ещё и приятным, то куча народу просто засела где-нибудь в лесу и ничего не делала, а так, у них есть стимул работать, чтобы перестать есть отвратительную на вкус жижу.

– Логика в этом есть, но вариант с более приятными вкусами всё же стоит рассмотреть, а, чтобы мотивировать людей, можно завысить стоимость картриджей, а сами новые модели синтезаторов сделать дороже в несколько раз. Надо над этим подумать… В общем, по поводу контракта я свяжусь с тобой завтра, а над новой линейкой синтезаторов стоит немного подумать.

– Хорошо, жду твоего звонка, - ответил я, завершив вызов.

Закончив странный разговор с Джимми, я даже ненадолго задумался над его словами, во всяком случае над той их частью о разнообразии вкусов питательной пасты, а не о запланированном износе. Когда я налаживал производство синтезаторов, позаботиться о такой вещи как приятный вкус мне даже в голову не пришло, в первую очередь стоило позаботиться о питательности и содержанию всех необходимых микроэлементов, а вкус… Он не так уж и важен. Немного углубившись в данную тему, я осознал, что несмотря на то, что питаться я могу почти всем, что дарит ощущение сытости, всё же предпочтение в ежедневной диете я отдаю чему-нибудь вкусному, а не просто питательному. Так почему же я тогда не подумал, что людям будет приятней употреблять что-то хотя бы нейтральное на вкус? Те слова про мотивацию были отчасти правдой, ведь там, в Чикаго нужно было как-то заинтересовать людей не просто выполнять простейшую работу и подтолкнуть к саморазвитию, а отвратительная на вкус еда была простейшим инструментом воздействия. Оставив размышления о причинах данного поступка на потом, я приступил к реализации нового производства.

Пока моя новая база немного перестраивалась под новые реалии: высокоточные производства переехали под землю, а на их месте появились цеха для отливки гранита, в мире произошёл очередной технологический прорыв. В университете Лос-Анджелеса, совсем молодая учёная Юрико Судзимото изобрела прорывную для своего времени технологию, названную ей - Брейнданс. Суть которой заключалась в том, чтобы сначала с помощью интерфейсного чипа и сторонних устройств считать с мозга «актёра» всё его ощущения и визуальные образы, которые он пережил, занимаясь тем или иным делом, а потом, после обработки передать их другому человеку. Таким образом, пережитый кем-то опыт теперь можно неограниченно распространить, что может послужить толчком в развитии науки и техники в этом мире, ведь рабочий день инженера или квалифицированного работника, пережитый «от первого лица», может серьёзно улучшить показатели любого, кто работает в той же или смежной отрасли. Что-то подобное я мог сотворить хоть сейчас, но всё равно, открытие Юрико Судзимото, учитывая имеющуюся техническую базу, было весьма революционным.

Прекрасно понимая перспективы данной технологии, я, через Джимми, неплохо так вложился в молодую компанию, которую организовала сама Юрико совместно с несколькими друзьями и коллегами, пока воротилы рынка не осознали всю ценность её изобретения. Помимо того, что я приобрёл двенадцать процентов акций её компании, пока они стоили совсем недорого, я предложил девушке помощь в организации производства, на что она с радостью согласилась. Вслед за мной, а точнее одновременно, в молодую компанию вложился и Джимми, который после короткого разговора со мной быстро осознал перспективы новой технологии. Таким образом, выпуск оборудования для записи и воспроизводства брейдансов был налажен в кратчайшие сроки. И как только первые образцы новой техники поступили на рынок, я в очередной раз разочаровался в человечестве. Первый брейнданс был технической демкой для демонстрации возможностей технологии, второй был о правильном выполнении некоторых упражнений из йоги, ну а третьим стал половой акт между мужчиной и женщиной. Безграничные возможности обучения, быстрый способ получить профессиональные навыки, а люди начали снимать порнографический контент, стоило технологии появиться в открытом доступе. И пусть с каждого проданного устройства мне на счёт капала определённая сумма, чувство гадливости не спешило уходить.

Пока мир успокаивался от технологического прорыва и начинал применять сей дар Омниссии как угодно, только не по назначению, я успел завершить сборочную линию роботизированных помощников. Их создание значительно ускорило подземные работы, во многом из-за того, что были они намного надёжней и долговечней сервиторов, да и запасные части для них не были каким-то дефицитом. Помимо этого, в рамках сброса напряжения возникающего от осознания несовершенства мира, я нашёл себе неплохое развлечение, а именно наблюдение за тем, как отлитые моими людьми из гранита скамейки, урны и прочие элементы паркового декора пытаются уничтожить. Их взрывали, обстреливали из гранатомётов и крупнокалиберных пулемётов, таранили грузовиками и просто бронированными машинами, но выполненные по технологии, которая значительно превосходит все нынешние средства разрушения, мои творения стойко переносили все невзгоды. Самым забавным было то, что часть чиновников, которые получали неплохие деньги за постоянное обновление парковой инфраструктуры, изрядно нервничали, осознавая, что кормушка из которой они кормились внезапно иссякла. Их истеричные переписки и телефонные разговоры, в которых они жаловались на жизнь и общую несправедливость этого мира, были для меня как бальзам на душу, не только успокаивали, но и дарили кучу положительных эмоций.

После успеха в Найт-Сити, столь интересная технология привлекла внимание большого количества заинтересованных в прочных и долговечных строениях людей, отчего заказы на перерабатываемый мной гранит стали поступать со всех сторон. Успех нового предприятия принёс прибыль не только мне, но и Альдекальдо, которые с радостью сопровождали колонны грузовиков до места назначения, получая свою долю прибыли. Впрочем, из-за количества заказов, иногда приходилось нанимать кочевников и из других кланов, что положительно сказывалось на репутации нашей с Джимми компании среди всего кочевого сообщества.

Одним прекрасным февральским днём, наблюдая за песчаной бурей, приближающейся к городу с востока, пока я размышлял над такими вещами как судьба мира и природа человечества, параллельно контролируя работу нескольких сотен роботов-шахтёров, которые выдалбливали подземные залы базы, мне поступил входящий вызов с неизвестного мне номера. Вариант того, что мне позвонили телефонные мошенники с сообщением о том, что мой счёт в банке заблокирован и нужно срочно сообщить им его реквизиты, был весьма желанным, чтобы сбросить напряжение и немного развлечься. Но моё предположение оказалось неверным и на другом конце линии я услышал знакомый голос.

– Ангел? Ты меня слышишь!? – перекрикивая вой ветра и помехи, до меня старался докричаться Сантьяго.

– Слышу, Сантьяго, что-то случилось, раз ты звонишь мне лично? – немного удивившись, спросил я.

– Да, у меня тут возникли кое-какие проблемы и нужна твоя помощь, - уже несколько более спокойным тоном, но всё ещё дрожащим голосом, ответил парень.

– Если будет возможность, помогу, но можешь рассказать, почему ты решил обратиться именно ко мне, а не к кому-то ещё из Альдекальдо?