Шрифт:
– Но... тогда это.... кто-то из Таро?
– пришёл он к очевидному выводу.
– Ведь они давно вели какие-то исследования... Говорят, успешные.... Это... Получается, кто-то из старших Таро?... Да! Наверняка! Гест Таро! Больше некому!
Но от вывода ему стало лишь ещё тоскливее.
Ведь он остался из всего войска — ОДИН! ОДИН ВЫЖИВШИЙ!
А это значит, что ему придётся либо пойти сдаться Таро, либо... тащиться через все те Дебри, что они перед этим так героически пересекли.
Почему-то «вариант сдаться» - его не устраивал категорически. А значит... оставался один — идти обратно через Дебри к Мау. С вестью, что Гест достиг уровня Архимага ужасающей силы. И что....
«Кстати да!
– осенило его.
– Ведь если я скажу, что доблестно с ним сражался, но уцелел только я... то возможно ещё и на награду можно будет рассчитывать! Ведь весть доставил. Важную! И что сам оказался суперкрутым! Ведь выдержал атаку ТАКОГО Архимага!».
Эта мысль его согрела. Мягко погладила пузико сильно уязвлённого Чувства Собственного Величия. И примирила со сложившейся ситуацией.
Вот только...
Ведь....
ВЕДЬ ПРИДЁТСЯ ПЕРЕТЬСЯ ОДНОМУ!
ЧЕРЕЗ ДЕБРИ!!!
Возвращение блудного внука
На перевале валялось... много чего.
Оказывается, папаня с маманей, когда удирали от вояк Мау, набили их довольно много прямо на перевале. За это свидетельствовали где-то десятка четыре порванных железных доспехов и разнообразного металлического, и не только, военного снаряжения. Причём на многих очень хорошо просматривались ещё не истёртые символы, да ещё в расцветке войск Мау.
Видно, возвращаясь в родные Дебри, зверьё ещё и эти «консервы» вскрыло. О том, как это зверьё добирались до вкусного, подгнившего мяса, красноречиво говорили именно порванные доспехи. Всякие пики, арбалеты, мечи со щитами валялись рядом, и не так уж сильно повреждённые. Разве что какая зверюга на тот же меч наступила, вмяв в почву и погнув лезвие.
И этого барахла на перевале было... дохрена!
Даже видавшая виды Сенина «жаба» изумлённо квакнула, признавая поражение. Утащить всё это не было никакой возможности. Заведомо.
А ведь под перевалом, валяются ещё и те самые, которые попали под Сенин удар!
– И чё с этим делать?!
– агрессивно скребя в затылке вопросил Сеня окружающие пейзажи.
Кстати чисто их, родной скарб валялся отдельной кучкой. Причём аккуратно сложенный.
Явно Алиса постаралась. Проела плешь, за пару секунд (ну как она это умеет) у всей группы и заставила всё сложить аккуратно.
Неужели она никак не сомневалась в том, что Сеня укатает всё войско?!
И за всем этим всё равно рано или поздно кто-то смотается на перевал?!!
Сенина жаба изумилась ещё раз. И признала жабу Алисы равной себе.
Сеня не спеша подошёл к кучке. Попинал клыки Сокола.
Полюбовался разноцветными бликами на заварничках -кофеничках, утянутых лично Сеней у среднего Мау. Даже залез в одну из коробок со специями. Всё было в порядке. В целости и сохранности.
Сеня свернулся в позу лотоса возле всего этого роскошества и стал дожидаться когда же на перевал залезет его Концентратор. Именно его.
И ничей больше.
Так-то не составляло труда управлять той хреновиной-с-ногами, что он вылепил вокруг контейнера с ценным артефактом. Сам же когда-то делал подобные самоходные механические устройства о шести ногах. Да, там шаг был сразу тремя ногами — одной с права, двумя слева. Следующий шаг уже наоборот. И нич-чо. Ползла. На каждый шаг - три точки опоры. Устойчиво. И склон — более-менее ровный.
Расслабился.
С перевала ещё и видок был красивый. Всё-таки высоко забрался.
Свежий ветерок с долины, несущий запахи трав. Тепло от солнц. А если кто-то попробует подкрасться...
Впрочем кто может рискнуть?
Выжившие после взрыва огнешара?
Им сейчас надо не за шальными архимагами гоняться, а выживать. Ведь если попали по самое то — гм... Не! Наверняка все сдохли... И даже если не сдохли — чтобы полезть на перевал и предъявлять что-то тому, кто только что убил несколько сотен... юнитов... гм... безумие!
Кстати, да: Сеня как-то даже и не заметил, что к смерти врагов стал относиться как к смерти юнитов в какой-то дурацкой компьютерной игре. За это было то обстоятельство, что спёклось то войско «где-то там, далеко», а не рядом. Так что все ужасы — остались там же в этом самом «где-то там, далеко».
Даже захотелось выключить комп и пойти спать.
Ага...
Выключишь! Реальность. Как же!
На перегибе склона, выполаживающегося к перевалу, показалась чёрная бочка контейнера. Она чуть раскачивалась в такт переваливаниям по буграм Сениного «произведения искусства» - без глаз, без хвоста, просто тонкие ноги и каркас, оплетающий ту самую бочку. Потихонечку, за бочкой, из-за перегиба показалось и остальное.
«Наверное, увидь его кто-то из местных, принял бы за какое-то странное порождение Дебрей» - подумал Сеня, продолжая созерцать и пейзажи, и «жука».