— Ты ещё чьих будешь? — обдав меня сильным запахом перегара, грубо спросил он. — Какого х. я тебе надо?

Я взглянул на стоявшего субъекта со смесью брезгливости и отвращения. Потому как передо мной стоял тип подкласса "неуподоблюсь". Лицо опухло от беспробудного пьянства черные волосы всклокочены и слиплись от грязи, подбородок зарос щетиной. В общем, впечатление этот тип производил крайне отталкивающее.

— Ты глухой? — повторил Черт, сверля меня маленькими, злыми глазками. — Тебе…

Договорить я ему не дал:

— Полиция, — громко ответил я, сунув ему в лицо развернутые красные корочки. И при виде этого до боли знакомого документа, морда рецидивиста изменилась. Злоба во взгляде мигом исчезла, уступив место некой растерянности.

— Ну так… это, — растерянно забормотал он, но я больше не хотел тратить на это существо слова. Коротко, почти без размаха, ударил головой в лицо, вынудив Черта отпрянуть назад и схватиться ладонями за разбитый нос. Шагнул в квартиру, на ходу извлекая прут.

Сильный удар по спине заставил бандита упасть на грязный затоптанный пол.

"Противник обезврежен".

"Навык Боец повышен".

Я же перешагнул через бессознательное тело и вошёл в комнату, где ещё совсем недавно проходила вечеринка. На назойливые галлюцинации я решил пока не обращать внимания. Вот закончу вопрос с упырями и позвоню доктору. У него все и узнаю.

В полумраке за столом сидели двое. Темнота скрадывала предметы в комнате, оставив лишь очертания. Так что ориентировался я, скорее, по вспыхивающим огонькам сигарет.

Видимо, празднующие не жаловали свежий воздух. Да и курили они очень много, потому как глаза защипало от густого табачного дыма, который съедал все остальные запахи.

Сидевшие за столом молча пялились в мою сторону:

— Ты ещё чьих будешь? — наконец хрипло спросил один из них. — Что здесь забыл, пацан? Черт где?

— Черт — это ваш дворецкий? — уточнил я.

— Кто? — не понял Хриплый.

— Шнырь ваш, — перевел я на более понятный для урок язык. — Который дверь в хату открыл. Он хамить начал, и я отправил его отдыхать. Ты, что ли, Бизон?

— А ты чьих будешь, чтобы интересоваться? — ответил xриплый.

— Значит, ты.

Я шагнул к столу. Приспешник Бизона попытался было встать, но сделать этого я, само собой, не дал. Толстая подошва ботинка ударила урку в грудь, отчего противник тяжело упал обратно на стул. Стул опасливо наклонился и мужик нелепо взмахнул руками и полетел на пол. Раздался глухой удар, и оппонент неподвижно замер, раскинув руки.

"Противник обезврежен".

"Навык Боец повышен".

— Минус два, — спокойно сказал я.

Бизон отшатнулся:

— Да ты что, пацан? — начал он. — Зачем так с людьми?

Я презрительно усмехнулся и стукнул кончиком арматурного прута по стоявшей на столе початой бутылке водки. Стекло жалобно звякнуло, разлетевшись на несколько крупных осколков. В комнате повис стойкий “аромат” спирта:

— Да где ты здесь людей увидел?

Я старался, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее. Но давалось мне это с трудом. Внутри клокотала рвущаяся наружу злоба.

— Вы обычные никчемные существа, — спокойно продолжил я. — Двуногие животные, абсолютно бесполезные для социума. Не работаете, бухаете, представляете опасность для общества. Но вам повезло. Сегодня вы познакомились со Шведом. То есть, со мной. И уж я попытаюсь вас, шерсть, перевоспитать.

При упоминании о шерсти Бизон дернулся было ко мне, но вовремя остановился. Видимо, в его маленьком, хрупком мозгу мелькнула здравая мысль, что лучше не связываться с парнем, склонным к насилию и погромам.

— А Шведом меня прозвали за то, что когда маленьким был, в одиночку на толпу реконструкторов с топором бросился, — продолжил я. — Как берсерк. Тогда я точно знал, что если погибну в бою — попаду в Вальхаллу. Буду пить мед и слушать речи Высокого. А если отступлю… Да не хватай ты, б. дь!

Арматура с силой ударила Бизона по руке. Кулак ударился о столешницу и отбитое горлышко бутылки, которое бандит хотел использовать в качестве оружия, с хрустом развалилось в кулаке. Видимо, Бизон решил забрать под шумок розочку и прервать мой монолог. Но я вовремя подметил и пресек этот маневр. Бизон заорал так, что с губ начали срываться клочья пены. Глаза зека округлились и я было подумал, они вот-вот вылезут из орбит и выпадут на стол.