— Людей не хватало. Помогали раненным в транспортировке, сортировке, поиску, разбирали завалы. Это как, ни крути, город моего рода, и я не мог остаться в стороне, когда настигла беда. Девчонки тоже делали все, что им было под силу, — ответил парень, покачав головой. — Нам с братом, наверное, никогда не отплатить тебе за все, что ты сделал для нашего рода, — неожиданно произнес он.

— Ну для начала вы можете вернуться к себе в поместье, — заискивающим тоном произнесла находившая рядом Лера. Олег только усмехнулся, даже на нее не посмотрев, и направился к выходу, куда уже выдвинулись остальные члены нашей скромной компании. — Я же говорила, семейная глухота, — тихо рассмеялась она. — Ладно, даже пытаться больше не буду. Все равно это бесполезно, так что нам проще будет достроить для них отдельное крыло.

— Костя, мы можем с тобой поговорить? — раздался знакомый голос у меня за спиной. Я резко развернулся, рассматривая подошедшую к нам Светлану.

— Разумеется, я очень долго ждал этого разговора, — произнес я. — Найдем менее людное место?

— Я не буду тебе мешать, — неожиданно произнесла Валерия, прикоснувшись к моей руке. — Я в поместье брата. Мне кажется, я знаю, где может находиться та вещь, о которой ты спрашивал.

Я кивнул, проводив ее взглядом до выхода из зала, после чего в сопровождении Светланы вышел в коридор. Мы зашли в первый попавшийся открытый кабинет, на который я тут же наложил заклятье и печать тишины

— Так о чем ты хотел со мной поговорить? — спросила она, закидывая ногу на ногу. Она с любопытством смотрела на меня, слегка улыбаясь.

— Ну вопросов у меня на самом деле всего три, — прищурился я, в ответ окидывая ее взглядом с головы до ног и садясь напротив нее. Именно сейчас ее вызывающая манера поведения меня очень сильно раздражала. — Первый: что такое книга теней? Второй: почему вы насильно уничтожаете мальчиков с даром тени. И самый главный третий вопрос, требующий предельной от тебя искренности при ответе на него: какого хрена ваш московский клан хочет меня убить?

— Что? — округлила девушка глаза, выпрямляясь на стуле. Вся ее вульгарность и надменность резко испарились, оставляя место недоумению и предельной собранности.

— Ты прекрасно слышала все вопросы, и теперь я хочу выслушать ответы, чтобы сложить в голове адекватное представление о том, кто вы такие и что из себя представляете, ну кроме чрезмерной важности и ощущения превосходства над обычными магами, — усмехнулся я, сложив руки на груди и откидываясь на спинку стула. Последние несколько минут меня начало ощутимо знобить, и я искренне надеялся, что на этом ухудшение самочувствия на некоторое время затормозится, чтобы можно было без проблем закончить этот разговор.

— Откуда ты знаешь про книгу теней? — ровно спросила она, не сводя с меня пристального взгляда. Ее сердцебиение немного ускорилось. Все же, мне удалось хоть немного своими вопросами выбить ее из колеи.

— Это все, что тебя интересует? — полюбопытствовал я. — То есть, то, что меня хотят убить твои подруги из клана, не вызвало у тебя негодования?

— Я не состою в клане и не подчиняюсь его главе, — тряхнула она головой, после чего положила руки на стол и слегка наклонилась в мою сторону. — И к покушению на тебя не имею никакого отношения, — прошептала она. Ее глаза блестели и засветились ярким сиреневым светом, как всегда бывало у Леры, когда что-то вызывало у нее какие-либо эмоции. Но сердце билось ровно, не учащая своего ритма. Либо она настолько хорошо натренирована, либо все же говорит правду.

— Но это не мешает тебе сводить главу клана с моей женой в мое отсутствие, — тихо проговорил я, после чего выпрямился и бросил каменный клинок на стол перед собой, который издал громкий звук, приземлившись на столешницу. Светлана от неожиданности вздрогнула, сердцебиение на несколько секунд ускорилось, а она сама лишь мельком взглянула на кинжал, после чего вновь перевела взгляд на меня.

— Я все тебе расскажу. Костя, я тебе не враг, что бы ты сейчас обо мне не думал. Можешь позвать магов разума, эмпатов, сенсоров, службу безопасности в полном составе, если думаешь, что я тебя подставила и сейчас начну увиливать от ответа. Что тебя интересует? — спросила она, делая глубокий вдох. Ну допустим, особой выдержкой она все же не обладает.

— Все, и особенно ответы на три вопроса, озвученных мною ранее.

— О содержании книги теней посторонним не должно быть известно, — начала она говорить, рассматривая кинжал Белоглавского. — Даже вольные маги, воспитанные вне клана, знают лишь о ее существовании. Предполагаю, что в книге содержатся секреты и тайны магов с даром тени, секретные техники, заклинания, создание специфических артефактов. Книга находится под защитой главы и семи старейшин, которые передают эти секретные знания только тем, кто остается служить клану. Они проходят сложный и опасный ритуал связи между сестрами, которыми они становятся, полностью отрекаясь от своего рода, семьи и даже тотема. Таким образом тайны клана остаются внутри клана, ведь расплата за предательство всего одна — смерть. — Все это время я не сводил с нее взгляда, стараясь уловить хотя бы единый намек на то, что она пытается что-то скрыть или говорит неправду. Пока ничего подозрительного в ее поведении и мимике я не заметил.

— Сколько всего этих кланов у нас в Империи? — спросил я, когда девушка замолчала, прикрыв глаза. Судя по описанию, на первый взгляд эти ячейки мало чем отличаются от фанатиков собирающих людей в секты у меня в родном мире. Здесь я даже представить себе не мог, что при наличии тысяч богов и доступного обучения магии одаренных может существовать нечто подобное.

— Три. В Москве самый большой, ну об этом я тебе уже говорила, есть еще в Краснодаре и Владивостоке, но там от силы по десять человек, поэтому особой опасности и значимости не представляют, — ответила она. — Обычно, за редким исключением, все девочки с открывшимся даром тени воспитываются при специальных учреждениях при клане. Там они обучаются основам контроля силы и базовым умениям. Те, кто не хочет оставаться на служение темному богу и невнятным целям, вольны уйти, но секреты книги теней им никогда не будут доступны. Как-то так, — поморщилась она. — Больше ничего о книге я не знаю.