— Так ты примешь меня на работу? — оборвав поцелуй соблазнительно выдыхаю я в его приоткрытые губы.

Усмешка Нестерова щекочет горячим влажным дыханием кожу на подбородке:

— Ты правда думаешь, что мы сможем работать вместе?

Прямо сейчас, когда я плавлюсь в его руках от удовольствия, как шоколад на солнце — точно нет. Но когда-нибудь, чисто гипотетически, почему бы и нет?

— Пожалуйста, Марк, — прошу я, заглядывая в его глаза. — Ну хотя бы ради того, чтобы утереть нос противной тетке из твоего отдела кадров?

Кажется, я собралась предосудительно получить работу через постель. Но если постель в этом варианте выглядит более заманчивой, чем работа, это считается?

Нестеров прижимает меня к груди, сотрясающейся от смеха. Знаю уже, что он уступит. И от этого люблю его еще сильнее. Такого хмурого и опасного с другими и такого родного и ласкового со мной.

Мне понадобилось время, чтобы разгадать и полюбить его. Чтобы понять и принять таким, какой он есть. Как Владивосток. Туманный и пасмурный, но мой. И теперь я точно никуда не уеду.

Потому что шиповник, который когда-то разглядел внутри меня Марк, уже пустил здесь корни.

«Love is the hardest, love is a battle

Oh, love brings out the best,

the worst in my shadow

No, love is the greatest gift»

Sing for my life — Sia

(Перевод: Любовь — это трудно, любовь — это сражение. О, любовь выявляет лучшее и худшее в тебе, моя тень. Нет, любовь — это величайший дар.)

Спустя несколько недель

Мелкие песчинки перекатываются в сжатом кулаке, пока я позволяю им красиво сыпаться вниз, словно в песочных часах. Они искрятся в розоватых рассветных лучах, словно золото, а я завороженно наблюдаю за этим нехитрым, но таким увлекательным действом.

У вытянутых ног шуршат, накатывая одна на одну, волны утреннего прибоя. Ночью они вынесли на берег водоросли, морские звезды и мелкую рыбешку, за которой теперь охотятся чайки, а за ними, в свою очередь, охотится Мак.

Пес носится по берегу, довольно клацая зубастой пастью и подпрыгивая вверх. Тщетно надеется ухватить хоть одну крикливую птицу за хвост. Неудачи совсем не расстраивают собакоподобного монстра, поскольку ему, кажется, интересен сам процесс.

На этот раз мы с Марком отправились на остров только вдвоем. Поэтому море и песчаный берег с установленной на нем палаткой принадлежат только нам двоим. И немножко стаффу, ведь на острове, где людей кроме нас больше нет, он может раздольно носиться по пляжу без намордника и поводка. Я выкупила пса у Елены и теперь стала его полноправной хозяйкой. На радостях от этого счастливого события, он даже сжевал очередную пару моих туфель.

— Фу, Мак, кыш, — отмахиваюсь смеясь, когда, отчаявшись поймать чайку, пес тащит в зубах длинную темно-зеленую водоросль, стелющуюся за ним, словно шлейф.

Несмотря на протест, стафф кладет свой трофей у моих ног и несется прочь в погоне за следующей птицей, осмелившейся к нему приблизиться.

Поглощенный охотничьим азартом, пес глуховато лает, и я переживаю, чтобы лай не разбудил Марка. Мы оба уснули только под утро, пусть еще поспит. У меня самой сна ни в одном глазу, несмотря на несусветную рань. Поэтому, осторожно поцеловав Нестерова, я и вышла не берег, чтобы проще было устоять перед соблазном его разбудить.

Мне всё еще его мало. Несмотря на то, что с того дня, как я предпочла Марка полету в Турин, мы живем вместе и проводим вдвоем достаточно много времени. Всё равно каждый поцелуй ощущается как первый, а каждое прикосновение по-прежнему вызывает сладкую дрожь.

По этой причине, как и предсказывал Марк, работать вместе у нас не получилось. Не то, чтобы совсем не получилось, но коэффициент полезной деятельности у нас обоих, поглощенных исключительно друг другом, приблизился к нулевому. Тем не менее, поскольку мне больше хотелось поставить на место вредную тетку из отдела кадров, чем работать, я с радостью уступила должность личного помощника директора Антону.

Их отношения изменились после того, как мужчины умудрились подраться в день слияния двух компаний в один «Архи-Строй». Тот день у Нестерова, как оказалось, вообще выдался не из простых. Ему пришлось скандалить сразу с Жаровым, с Антоном и со мной. Зато теперь мой брат и Марк, если не друзья, то союзники и многие рабочие вопросы решают сообща.

Их противоположные характеры помогают видеть любую ситуацию с разных сторон, поэтому, благодаря тандему Аверина и Нестерова, «Архи-Строй» получает выгодные контракты, выигрывает тендеры, возводит прекрасные здания и процветает.