– Света, привет, – поздоровался я с девушкой и спросил: – А ты ему не сказала, что я память потерял? – произнеся это я слегка оттолкнул парня, заставив его отстраниться.

– Здравствуй, Саша, – она улыбнулась. – Говорила, конечно. А он мне все: «Я не верю! Он меня увидит и точно вспомнит». И все в таком духе.

– Эй, я вообще-то тоже тут! Саша, Света! – негодуя, звал нас любитель обнимашек.

– Молодой человек, вас представляться не учили? – холодно спросил я и добавил: – Даже если вы меня знаете, то вот я вас совершенно не помню.

– Кхм, – прочистил горло парень. – Прошу меня простить. Меня зовут Скворцов Игнат Павлович. Я на самом деле думал, что ты меня вспомнишь.

– Вот теперь другое дело, – я протянул ладонь для рукопожатия. – Будем знакомы.

– Саша, о тебе вся школа говорит, – пожав мне руку, сказал парень, заставив меня посмотреть на девушку, ведь она мне об этом не говорила. – О том, что ты побил Зотова и Златова, а еще дал отпор в столовой и вел беседу с Ее Императорским Высочеством Романовой Екатериной Михайловной.

– Кстати, – перебила восхищения Скворцова Светлана, – по поводу Златова и Зотова. Расследование закончилось: доказали вину этих двоих. Говорят, сначала ребята все отрицали, но, по слухам, Златов-старший дал нагоняй младшему, и тот во всем сознался.

Не ошибся я в Александре Сергеевиче. Глядишь, с таким отцом и из сына что-то да получится. Ну, будем смотреть. Осталось разобраться с Зотовыми.

– Хорошие новости. А что по наказанию?

– Все по классике, куча часов общественных работ, – сказала княжна. – А Зотову вообще предупреждение выдали. Еще один залет и прощаться будут.

– Что-то мне подсказывает, он так просто не сдастся, – сто процентов какую-нибудь пакость учудит. Чуйка меня еще не подводила. – Думаю, будет через третьи лица меня доставать. А может и не только меня, – я многозначительно посмотрел на Светлану.

– Саша, я же тебе говорю. За меня не переживай. Не посмеет он мне палки в колеса вставлять, – ну-ну. Поживём – увидим.

– Ладно, закрыли эту тему, – меня сейчас интересовало кое-что другое: мое прошлое. – Расскажите обо мне все, что знаете. Есть у меня родственники? Каким я был раньше? Насколько я понимаю, память моя уже не вернется.

– Настолько все плохо? – жалобно спросил у Донской Игнат. Так спросил, будто у меня неизлечимую болезнь диагностировали.

– Да, так и есть. Мама говорит, что не вернется. Так что Александр сейчас совсем другой человек в отличие от того, которого ты знал и с которым общался, – боже, знала бы ты, насколько права.

– Я тут вообще-то своим прошлым интересуюсь, – напомнил о себе.

– Раньше тебя можно было назвать изгоем, – начал Скворцов, поправив свои очки. – Постоянно был неопрятным, скрывал лицо за своими длинными волосами. Очень много времени уделял учебе, очень мало – боевым и физическим навыкам. На этом мы с тобой и сошлись. А после того, как тебя начали задирать, и ты стал постоянном клиентом у Светланы и ее матери, ты с княжной и познакомился. Но я не знал, что вы настолько близко дружили.

– А мы с ним и не дружили. По крайней мере, я бы это дружбой не назвала бы, – взяла слово Света. – Это мама взяла его под свое крыло. А я со временем как-то привязалась к нему, что ли. Жалко его было, – слегка потупив взгляд, она продолжила: – Извини, Саша, что говорю вот так вот прямо. Но я не хочу тебе врать.

– Не волнуйся, Свет. Я не в обиде, – с улыбкой произнес я. За что здесь обижаться? Мне самому было жалко смотреть на то, во что превратил свое тело его бывший хозяин. – Давайте дальше. Что по семье?

– Тут все сложно, Саш – ответила княжна. – Насколько я знаю, ты – сирота. Из родственников у тебя только сестра имеется.

– Так, ну хоть сестренка есть. Это уже хорошо, – эта новость заставила мое сердце биться чаще, а меня – одновременно улыбнуться и внутри погрустнеть. В прошлом мире у меня тоже была младшая сестренка. Она умерла из-за неизлечимой на тот момент болезни. – Есть по ней какая-нибудь информация?

– Пф. Информация? Да о ней вся школа знает, – с обидой фыркнула девушка. – Она местная звезда. Сильнейший Одаренный стихии молнии за последние пару десятков лет существования школы. Ей пророчат огромное будущее. К тому же, она младше нас на два года. Ей всего 15.

– Если она такая сильная, почему не взяла опеку над своим пусть и старшим, но слабым братом? – задал я резонный вопрос.

– А все потому, Сашка, что она пыталась, но ей запретило общаться с тобой начальство нашей школы, – я удивлённо посмотрел на говорившего Скворцова. – Да, вот так. Два года назад, после вашего определения к нам, она много раз пыталась взять тебя под свою защиту. Однако ее постоянно обламывали.

Внутри меня все вскипело. Это какими мразями надо быть, чтобы двум сиротам запретить видеться друг с другом?!