Потом ощущения стали такими, будто наши разумы слились на каком-то эмоциональном уровне – чувствовалось соучастие, единение.

Я среагировал достаточно быстро, – хоть и трудно было оторваться от таких интересных ощущений, – быстрее биокомпа. Он поначалу не вмешивался, все-таки процесс был инициирован мною. Однако и он все-таки откликнулся, когда я уже пытался отрубить все каналы связи. Без него вряд ли бы у меня получилось все сделать более-менее оперативно.

Дальнейшее поведение девушки показалось вполне естественным при такой перегрузке мозгов информацией. К тому же поначалу я не совсем аккуратно стал рвать связь, пока не вмешался биокомп и не сделал «как положено». Но после я понял, что дело не только в этом. Судя по ауре, у нее было очень сильное эмоциональное потрясение. Но от чего – от самого факта слияния или от полученной информации?

Укрыв девушку одеялом, я запустил весь комплекс доступных мне лечебных мероприятий, а сам сел рядом и стал разбираться, какая инфа утекла к Карине и что могло ее так выбить из колеи.

Солнце уже давно село, хотя темнота наступила еще раньше – в горах это обычно происходит резко. Я все сидел и анализировал произошедшее. От холода я защитился плетением, оно создало приятную температуру вокруг тела на расстоянии нескольких сантиметров. То же сделал и для Карины. Однако в темноте сидеть и думать было не совсем приятно. И пока один поток сознания занимался делом, вторым я сформировал иллюзию костра. Магии потребляет немного, а глазу приятно. Малость повозился с динамикой, но зацикленности движений языков пламени совершенно не чувствовалось.

А с Кариной было не очень хорошо. Сама информация не была ни особо важной, ни необычной. Для меня. Но для нее она оказалась тем рычагом Архимеда, который перевернул ее внутренний мир, поставил его с ног на голову. Оказалось, она была абсолютно уверена в превосходстве чародейства над обычной магией, то есть в том, что, развивая себя посредством слияния с миром, ты совершенствуешься сам и совершенствуешь этот мир. И то, что чисто научный подход к магии дает огромное могущество и возможности, – с этим она примириться не смогла. К тому же знания – это одно, а понимание – совсем другое. И понимание возникает не на пустом месте. Когда человек обдумывает какую-то проблему – мозги работают на полную катушку, образуются новые нейронные связи, мозг развивается. В зависимости от знаний – разные его участки, в разных полушариях. Этот процесс неодинаков у разных людей. Если просто засунуть в голову какие-то знания, они, скорее всего, там не удержатся. Их надо в голове «укладывать», как это делал Умник со знаниями Леона-мечника. Или как я брал лингвистические воспоминания у Карины, отсекая всю лишнюю информацию. Похоже, когда Карина разом увидела общую картину моего мира знаний, то еще не оборванная связь с моим ментальным телом, по сути отражением моего мыслительного аппарата, помогла на какое-то время вызвать у девушки «понимание». Но верное или нет – тут с уверенностью я ничего сказать не мог.

Пока танцевать не умеем, мы прорабатываем каждое движение по отдельности (это и есть наука, познание, наработка рефлекса). Освоившись, мы уже пользуемся процессом не задумываясь (танцуем наслаждаясь). А Карина увидела танец со стороны, в процессе тренировки, когда каждое движение отрабатывается осознанно, и от этого поплыла… Наука и накопленные знания – это костыли (правда, такие интересные и удобные!). В далекой перспективе наше «я» охватит и освоит ныне изучаемое как продолжение себя. Но идеал только в проекте. А по пути к нему естественно сочетание обоих подходов… Эк меня на философствования потянуло!

Забавно, что лично я был в чем-то согласен с Кариной насчет чародейства. Ведь у нас на Земле при полном отсутствии магии люди умудряются развивать себя до умопомрачительных вершин. Йоги, мощные экстрасенсы и просто гении добиваются невероятных результатов в контроле своего тела и разума. И наука еще далеко не все способна объяснить. А ведь здесь подход к этому делу мало чем отличается от чародейства. Мне кажется, чародей уровня Повелителей Чар вполне может потягаться силами даже с архимагом. И вообще, сравнивать эти ветви магии неверно. Во всем есть свои преимущества и недостатки. Вопрос не в силе магии или чародейства, а в мастерстве того, кто ими владеет. Ведь мастер меча с палкой в руке спокойно победит новичка с великолепной катаной. Чародейство по некоторым направлениям может дать большую фору обычной магии за счет того, что практически все конструкты имеют в своей основе пусть и примитивный, но «интеллект». Или компьютер, если так удобнее его воспринимать. Но кто сказал, что «интеллект» конструкта, созданного Повелителем Чар, обязательно должен быть примитивным? Тут, вероятно, многое зависит от внутреннего развития чародея. И без философского обоснования не обойтись.

Удивительно то, что без всяких расчетов, на одной лишь интуиции и нескольких приемах, они умудряются добиваться очень непростой логики поведения своих конструктов. Хотя, возможно, в этом и есть весь секрет? Возьмите классическую задачу удержания перевернутого маятника. Чтобы запрограммировать ее решение с чистого листа, нужно как следует потрудиться. А вот любой человек, даже ребенок, решит ее быстрее чем за минуту. В детстве мы баловались удержанием спички вертикально на ладони выпрямленной руки. Похоже, чародеям как-то удается передавать в конструкты ментальные проекции нейронных сеток своего мозга. Надо будет поинтересоваться у Карины.

Я надеялся, что с Кариной все обойдется. Главное, толком объяснить ей, что магия, знания о которой она подсмотрела у меня, – не Искусство, практикуемое в Кордосе. Она или совместила эти два понятия, или не смогла четко их разделить в своем восприятии информации. Но сначала надо привести ее в чувство.

Глянул на девушку – она спала. В ее ауре шастали подсаженные мною симбионты (не забыть их потом убрать – они будут ей мешать чародействовать). Ее дракончик тоже не терял времени даром. Навеянный сон был глубоким и целительным. И я не стал вмешиваться. Просидел у костра почти до утра, все время контролируя процесс.

Угрызений совести я не чувствовал – наверное, очерствел душой. Но сочувствие к Карине испытывал, что меня несказанно радовало. Несколько раз я замечал, что стал равнодушнее относиться к окружающему миру. Нет, не к миру – к людям, что ли. Порой кажется, что магия, постоянная направленность сознания на ее совершенствование убивает в душе чувства. Может быть, потому возникают у меня подспудные всплески самаритянства и порой неудачные попытки поделиться опытом с другими людьми, чтобы у нас было что-то общее, о чем можно было бы поговорить. Не убивает ли многолетняя направленность на совершенствование магии душу, эмоции, чувства? Может, не так уж и неправа Карина, когда думает, что только путь чародея способен улучшить человека и через него мир вокруг?..