— Ийух — х-хуууууууууу!!! — Кричал я, все сильнее и сильнее разгоняясь, уже несясь на уровне двух человеческих ростов, чтобы никого не задеть. Влево — вправо — снова вправо — прямо — прыжок, но все равно сорвали натянутую веревку с бельем — вниз… Настоящая городская гонка! Люди разбегались с дороги, несмотря то, что им ничего не грозило. И вот — стена впереди и закрытые ворота — оперативно работают! Откидываюсь назад, руль на себя и наш аппарат взмывает в небо, обдавая сбивающим с ног воздухом и гравитационными возмущениями движка приготовившихся к встрече стражников. Упертые в землю бердыши, копья и бревно, утыканное как еж металлическими иголками, говорило как минимум о хорошей системы связи у стражников.

— Безумие какое-то, — пробормотал Моралес, но я услышал и ухмыльнулся.

— Зато развеялись! — Крикнул я и еще прибавил скорость, устремляясь на мой остров.

— Стоило ли так выпячиваться? — Уже успокоившись и попивая вино у весело горящего камина, спросил Моралес. Добрались мы нормально, без особых проблем, только почему-то торговец с чародеем, выбравшись из мотоцикла, сели на землю и сделали вид, что их не держат ноги. Хотя… может, действительно не держали?

— А почему бы и нет? — Я лениво пожал плечами. — Мы ничего особого не совершили, тратить время на разбирательства я посчитал лишним. Уровень Искусства или Чародейства в землях вне империи не должен быть высоким, как и информационное обеспечение взаимодействия разных стран, а здесь одни королевства, и вообще небольшие страны, и границы королевства, где мы так повеселились, вот — вот окажутся вдали за спиной. Так чего беспокоиться? — И добавил, заметив все еще полные сомнения глаза торговца:

— Представь, что у тебя все есть. Даже то, что ты только что захотел, ты можешь получить. Думаешь, здорово? Только знаешь, какая огромная проблема у тебя появится?

— Какая? — поддался на мою провокацию Моралес.

— Тебе будет безумно скучно! — улыбнулся я и подмигнул.

— Я сразу понял, что это чужаки, причем богатые чужаки — даже не поморщились на цену за постой. Ну и маякнул своему племяшу, что их надо бы пощупать. Кто ж знал, что он амулетами обложил свои вещи?

Иллюзия рассказывающего хозяина таверны замерла и пропала. Сидящие в комнате аглай — представитель короля в городе и начальник стражи зашевелились.

— И кто это был? — Спросил аглай.

— Хозяин таверны…

— Да не он! — Перебил собеседника аглай и раздраженно махнул рукой.

— Да кто ж его знает! — Пожал плечами начальник стражи. — Наверно, какой-нибудь чародей залетный или искусник. После того, как он со своими спутниками покинул город, мне уже стало все равно, кто он и откуда. Главное, что уехал, да еще по ходу дела раскрыл несколько зависших дел. На этого Мирана, хозяина таверны, ведь ничего не было — осторожен был, собака! Все ж таки жаль, что у меня в службе нет какого-нибудь завалящего чародея! — Мужчина зажмурился, представив какую-то картину.

Аглай раздраженно махнул рукой:

— От тебя толку… Интересно, что это был за… хм… — аглай покрутил пальцами в воздухе, пытаясь подобрать сравнение, но не преуспел, — амулет, на котором они улетели?

— Думаю, они просто мозги чародейским образом заморочили, а сами спокойно ушли.

— Хм… Может быть, может быть: слишком то, что видели люди, необычно, чтобы быть правдой… Мне еще отчет отсылать в столицу, и что я там напишу?

— Напиши все как было.

— И следующее письмо, которое я получу в ответ, будет письмом о моей отставке!

— Это неизбежные риски твоего положения. — Чуть — чуть злорадно улыбнулся начальник стражи и встал. — Короче, я закрываю это дело, а ты что хочешь делай. А я пошел.

— Не был бы ты моим другом, за такие слова давно уже висел бы на площади. — Пробормотал он. Но стражник услышал и обернулся:

— Как освободишься — приходи. Сегодня жена сделала просто замечательный гуляш!

Ник

Я лежал на траве перед домом и смотрел на появляющиеся звезды. Корабль — остров двигался в нужном направлении, по крайней мере, в данном случае я точно чувствовал направление — подарок «знания» от астрала — а я просто лежал и ничего не делал. Крутящиеся задачи не остановил, но загнал на задний фон, так, чтобы не отсвечивали, и занялся ничегонеделанием. Бодрость в настроении слегка уменьшилась, но в целом все еще была достаточно высокой, но работать совершенно не хотелось. Странное сочетание, обычно бодрость означает работу, и, наоборот, но у меня давно уже не все как у людей.

Рядом прошуршала трава. Через секунду рядом сел Энхилье. Некоторое время мы молчали. Наконец торговец решился:

— Хочу попросить тебя сделать мне одолжение, — немного неуверенно начал он.

— Да?

— Я смотрел карту. Так получается, что мы будем пролетать мимо города, где живет семья Ламии. Мы можем остановиться? Надо сообщить им о его смерти и мне надо оставить им средства на существование.

— У тебя со всеми твоими работниками такие удачные контракты? — Удивился я.