— Топливо вышло. — сказал сидевшей наверху машины Гаррам. Он был счастлив, как никогда в жизни. — Горючка! Ещё горючки!

Рядом с ним стоял министр грибной промышленности, и смотрел на большой кулон на цепочке, обрамлённый узором из грибов. Внутри кулона находились маленькие песочные часы. Последняя песчинка упала вниз, и министр грибной промышленности мечтательно сказал:

— Пора!

Странно одетые дворфы приблизились к запасным воротам. Их тела полностью закрывали доспехи из промасленной кожи, не оставляя ни единого просвета. Глаза скрывали защитные дворфские очки, а лицо покрывали алхимические маски для защиты от ядов. Даже бороды они спрятали под странные накидки. За дворфами увязалась высокая фигура. Без маски.

— Долговязая! Сдохнешь ведь! — крикнул ей один из дворфов.

— На неё не действует. — ответил ему сосед.

— Это как? — удивился первый дворф.

— А вот так. Это она ворота закрыла. Без защиты, руками. И хоть бы хны. Обчихалась потом, правда. И всё.

Первый дворф покачал головой.

— Я тебя предупредил, долговязая! — крикнул он снова. "Долговязая" кивнула, и махнула хвостом. На её голове виднелись острые уши.

Дворфы не стали раскрывать ворота полностью, а решили пойти сквозь дверцу для стражи. Дверцу заклинило, но после нескольких пинков и ударов молота она распахнулась.

За стеной Ногг Кальдир лежали горы тел — крысолюды и безбородые дворфы в костяных доспехах. Сама пещера изменилась. Теперь повсюду росли грибы, самые большие из которых достигали нескольких метров в высоту. Их шляпки красиво светились в темноте, медленно переливались, и свет их слегка пульсировал. Длинные нити свисали с них, и так же пульсировали и мерцали в полутьме пещеры. Как будто невероятно талантливый скульптор вырезал их из огромного куска янтаря.

Все эти прекраснейшие грибы росли из трупов. Их корни впивались в тела, мох, травы, любую живую материю, немедленно прорастали в неё и убивали всё, к чему прикасались. "Mors aurea", "Золотая смерть", он же "Янтарный гриб". Чудовищная разработка министерства грибной промышленности, которая завершила дворфско-эльфийскую войну.

Остроухие тогда мгновенно поняли, что произойдёт, если несколько частиц спор этого гриба попадёт в их лес. Тогда министерство ещё не вывело породу с ограниченным сроком размножения, и золотой гриб просто поглотил бы весь лес, а затем пошёл бы дальше. Эльфы отступили, подписали соглашение о ненападении. А ещё эльфы стали сбивать всё, что пытается пролететь над их лесом, закрыли весь лес магическими щитами и иллюзиями, и именно тогда погиб один из любопытных драконьих королей. Но дворфов это уже не касалось.

Новая порода "золотой смерти" переставала размножаться через несколько часов. Нужное время уже прошло, и грибы теперь просто светились в темноте. Даже без спор они были невероятно ядовиты. Дворфы осторожно оглядывались по сторонам, ожидая нападения, но нападения не было. Противник погиб, ушёл или отступил. Рисска увязалась за дворфами следом. Её не прогоняли — дворфы видели, как она дралась на крышах и поняли, что странное и жутковатое долговязое существо не было врагом. Потом кто-то вспомнил, что видел её в кузницах.

Рисска осмотрелась по сторонам. Понюхала воздух. Чихнула несколько раз, вытерла нос разорванным в клочья рукавом. Доспехи её точно требовали ремонта, она погнула одну из своих труб, и разбила защитные очки. Крысолюды её сильно потрепали. Они не смогли завалить её телами, как с дворфами, но смогли, с огромнейшими потерями, нанести множество ран и от неё отбиться.

Полученные от крысолюдов раны полностью залечились и оторванный кусок уха отрос. Но теперь она проголодалась. Рисска внимательно посмотрела на небольшой янтарный гриб на земле, сорвала его, и понюхала.

— Эй. Это нельзя есть — сказал ей ближайший дворф.

Рисска закинула янтарный гриб в рот, пережевала и проглотила. Слопала смертельно ядовитый для всего живого гриб, от которого даже эльфы не нашли нормальной защиты.

— Невкусно. — пожаловалась она дворфам. — Щиплется.

Дворфы стояли вокруг, сквозь защитные маски были видны их вытаращенные глаза. Затем командир отряда тяжело вздохнул, и заговорил:

— В городе поешь. После того, как всех от пыльцы отмоют. Оно яд. Для нас.

Рисска кивнула.

— Мы их жечь будем. Закидаем грибы горючей смесью. Поможешь?

— Жечь? Жечь весело! — кивнула Рисска.

— Держи. — командир протянул ей сумку с бутылями. Из бутылей торчали тряпки. Потом он передал маленький кубик.

— Это вот… — начал он объяснять.

— Зажигать. Нажать и будет огонь. Так? — Рисска ткнула пальцем в кнопку на кубике.

— Да. — удивлённо сказал командир, отдал зажигательный куб Рисске. — Иди. Грибы хорошо горят. Чем больше сожжём, тем быстрей уйдём назад и поедим.