– Поняла вас. Подождите, пожалуйста, я схожу к себе и возьму мастер – ключ.

– Давайте, идите быстрее! А то зачем я поехал в вашем поезде, комфортабельном, блин? Чтобы вот так стоять перед своим купе?

– Я же сказала вам, что сейчас вернусь с ключом, и открою вам дверь!

«Проводница!» – подумал Родион. Теперь обратный отсчет времени ускорился. Звонить Денису Егоровичу было уже бесполезно. Не успеет. Спрятаться в шкафу или в ванной комнате Родион даже не рассматривал, как варианты. Сцепиться с Якушевым в схватке с целью последующего допроса, насчет фотографии журналиста Носова, он тоже не потянет.

– Слышь? – донесся веселый голос Якушева в дверь. – Если там кто-то есть, то готовься зубы по полу собирать!

Родион сглотнул подкативший к горлу комок. Его судьба была в руках «Ночного хищника». Причем не с самым приятным исходом. Родион посмотрел по сторонам купе, надеясь из окружения поймать какую-нибудь спасительную мысль. Его взгляд упал на окно. «Если выпрыгну, то хотя бы уже боль не почувствую», – тоскливо подметил он. – «Раз и все».

Эта мысль почему-то засела в голове Родиона, и стала самостоятельно развиваться. «Но я же в поезде?» – рассудил он про себя. – «Окна и так открываются, если приказать Наташе. Могу ли я как-то повлиять на остановку поезда? Затем вылезу в окно. Я на втором этаже, значит, есть шанс вылезти по раме окна на крышу». Глядя на окно, рассуждения Родиона начали формироваться в подобие плана. «Конечно!» – мысли цеплялись одна за другую в упорядоченную цепочку. – «По крыше я смогу добежать до своего вагона, и спуститься в свое купе! Как? Мое окно еще со вчерашнего дня приоткрыто! Я крикну в проем, чтобы интеллект открыл окно полностью, и проберусь к себе! Осталось остановить экспресс».

Родион вспомнил о рычагах стоп – крана, расположенных в каждом вагоне обычных поездов. Оглянувшись по сторонам, он не обнаружил ничего похожего.

– Ну, наконец-то! – послышался голос Стаса. – Почему так долго? Вы к машинисту, что ли, за ключом ходили?

– Мужчина, не грубите! – отозвалась гулко с другого конца вагона проводница. – Сейчас я вам открою купе, а потом выясним, почему ваш магнитный ключ не работает.

Пульс у Родиона резко подскочил. Решения нужно было принимать еще быстрее. Он отошел от двери, и встав возле окна.

– Наташа, стоп – кран! – сказал он одновременно тихо, чтобы не услышал Якушев, и взволнованно, не в силах сдержать напряжение.

– Уточните причину экстренной остановки, пожалуйста, – непринужденно попросил искусственный интеллект.

– Меня сейчас убьют! – выдавил Родион то, что было сейчас на уме.

– Внимание! Угроза жизни людей! – громко продекламировала Наташа. – Выполняю экстренную остановку поезда!

Пол из-под ног Родиона словно вырвала какая-то невиданная сила. Он, потеряв равновесие, полетел вперед, и врезался в стену купе. За входной дверью послышался женский крик, и мужская ругань, завершившийся глухим ударом об пол. Со стороны окна доносился скрежет тормозов «Вектора». Двигающийся пейзаж замедлялся, и, через пять секунд замер. «Вектор» остановился. Родион опомнился, и отлип от стены.

– Экстренная остановка выпол… – начала отчитываться Наташа.

– Наташа, открой окно! – спешно прервал ее Родион.

– Выполняю.

Перед ним опустилось окно до самой нижней части рамы. В купе резко влетел холодный и влажный утренний воздух. Родион быстро стал вылезать наружу, поставив ноги на эту раму. Распрямившись, он увидел крышу поезда. Осталось только немного потянуться, что бы положить на нее руки, и полностью перекинуться наверх. Но Родион не доставал руками до крыши. Он решил попробовать единственный маневр – подпрыгнуть на раме.

«Вперед! То есть вверх!» – скомандовал он сам себе и подскочил. Прыжок был невысокий. Родион ударился коленками о верхнюю часть рамы, но руки успел закинуть на крышу. Время поджимало. Стас с проводницей могли зайти в купе в любой момент, и увидеть ноги Родиона в окне.

Он начал подтягиваться на руках, но, недавно выполненная тяга блока в вагоне – спортзале, дала о себе знать. Мышцы Родиона не слушались. К тому же успевшая скопиться на крыше вагона утренняя роса, сделала руки мокрыми, скользкими. Родион начал неумолимо скатываться вниз, чего очень не хотел.

Попытавшись нащупать ногами нижнюю часть рамы окна, Родион надеялся снова забраться на крышу. Но внезапно кроссовок на ноге соскользнул по раме, и Родион, потеряв опору, полетел вниз.

Падение было неожиданным. Он даже не успел вскрикнуть. Пролетая между вторым и первым этажами вагона, Родион успел услышать, одобрительный писк магнитного замка в купе Стаса. А пролетая напротив первого этажа, увидеть удивленное лицо взлохмаченного Антона Носова. Тот смотрел в окно через свою большую телекамеру.

Удар при падении смягчила гравийная насыпь. Родион не удержался на ногах, и покатился под откос, подальше от железнодорожного пути. Он все еще не мог никак поймать баланс, чтобы контролировать тело. Им управляла инерция.

Наконец докатившись до самого низа насыпи, Родион оказался в мокрой от росы траве. Голову еще кружило от кульбитов, а тело ныло от гравийного «массажа». Но, быстро осознав, что сейчас все пассажиры и персонал «Вектора» ринутся смотреть, что произошло, он быстрое встал, и отбежал в ближайший кустарник. Нырнув в зеленую листву, Родион стал внимательно осматривать поезд.