Так что обед сегодня был вполне приемлемым: огромный выбор всяческих закусок и пирожков, на первое – выбор из ракового супа и грибного супа-пюре, второе – форель в шампанском или свиная вырезка со шпинатом и трюфелями, неаполитанский десерт и парфе из кофе-мокко, мороженое. Подавались легкие сухие вина и шампанское, никаких крепких напитков. Все вполне пристойно, папки и коробки флигель-адъютант у меня забрал, чтобы, упаси бог, я не держал все это на коленях (интересно, а куда девали свои дипломы и коробки с орденами награжденные в советское время во время торжественного обеда в Кремле?).

После обеда приглашенные разбрелись по группам, обсудить насущные дела, ко мне подошел генерал-адъютант и сказал, что государь с семьей желают с нами поговорить. В малой гостиной нас встретили Александр Александрович с Марией Федоровной, Ксения, Михаил и Ольга. Император высказал всеобщее восхищение Машиной красотой, а Мария Федоровна сказала, что хотела бы видеть ее среди своих статс-дам. Надо сказать, что Маша все поняла и поблагодарив, сказала, что ее русский язык еще недостаточно хорош и она подучит его еще немного, особенно произношение, ведь статс-дама обязана чисто говорить на языке страны, где живет. Далее разговор шел по-французски, император не был силен в иностранных языках, а мое произношение тоже не блистало (иногда я видел, что Ксения и Ольга хихикали при моем франко-нижегородском прононсе). Мишкин тоже присоединился к мужскому кругу, где разговор шел на языке титульной нации, и спросил, правда ли, что я сам стрелял из пулемета и бросал бомбы, и что не могу ли я его научить. Я сказал, что правда, но для этого нужны сильные руки, поэтому, когда он десять раз подтянется на перекладине, тогда и поговорим о военной учебе. Пообещал ему, что изобрету еще что-то интересное, может даже воздушный корабль, и тогда он может стать капитаном воздушного корабля. Мишкин тут же умчался к мама рассказывать, что он будет командовать воздушным кораблем, потом дети, забрав Машу, пошли показывать ей свои комнаты и игрушки.

Мария Федоровна присоединилась к нам и сразу заговорила о том, что для нее было сейчас первоочередным – о здоровье Георгия.

– Князь, вчера у нас был Виктор Васильевич Пашутин, и он рассказал о состоявшемся с вашим участием консилиуме. Как я поняла, диагноз ясен – чахотка и она прогрессирует. Вы считаете, ухудшение состояния связано с неправильным лечением нашего сына доктором Алышевским?

Я подумал, что вот сейчас только врача-вредителя с польской фамилией не хватало, вслух же произнес:

– Ваше императорское величество! Я не врач и не мне судить доктора Алышевского. Мне кажется, что его заслуга уже в том, что он правильно поставил диагноз и даже выполнил микроскопическое исследование, установив наличие палочек Коха. Вот с лечением сквозняками и холодом я не согласен просто с точки зрения логики: помните, что у великого князя болезнь началась с переохлаждения и простуды, а во время весеннего пребывания в Алжире, стране с теплым в это время года и сухим воздухом, Георгию стало легче. Поэтому мне кажется, что наилучшим выходом было бы нахождение вашего сына на южном берегу Крыма, в районе Ялты. От Ялты недалеко до Севастополя, где есть крупный военный госпиталь [78] .

Мы еще немного поговорили о вопросах, которые поднимались во время консилиума, и о моих препаратах, насколько они эффективны и безопасны. Тут прибежала Ксения в Машиной диадеме:

– Мама, папа! Эфиопская царевна подарила мне свою корону. Она очень красивая, и царевна, и корона. Я думала, что эфиопы черные и страшные, с кольцом в носу, а Маша добрая и прелестная, и совсем не черная, и не страшная, а очень-очень хорошая!

– Погоди, не тараторь, дай-ка посмотреть, – Мария Федоровна отобрала у юной девушки диадему и повертела в руках ее так, чтобы были видны грани камней, потом посмотрела на просвет. – Саша (обращаясь к мужу), это очень дорогая вещь, камни просто великолепные и огранка!

– Князь, это голландская огранка или французская? У кого, если не секрет, вы заказывали это сокровище?

– Не секрет, ваше императорское величество, это работа мастера Исаака, что сидит на рынке в эфиопском Хараре, лучшего ювелира Эфиопии. Он сам гранит камни известным только ему способом, поэтому у них великолепная игра света. Я заказал эту диадему в качестве свадебного подарка, у меня были свои деньги в золотых монетах, и сначала я заказал бриллиантовые запонки и заколку для галстука. Убедившись в том, что мастер действительно хорош, нарисовал эскиз, взяв за прототип нечто подобное той диадеме, что была вами подарена эфиопской императрице, впрочем, ей больше понравился пулемет, а диадему спрятал негус. Исаак отлично справился с задачей, добавив крупных кенийских рубинов, которых в прототипе не было.

– Удивительно, африканская работа, кто бы мог подумать! Но она стоит целое состояние, не менее полумиллиона рублей, а то и больше, поэтому Ксения не может принять этот подарок. Ксения, а где княгиня Мария?

Узнав, что Маша занята с Ольгой и они играют в куклы, императрица попросила Ксению позвать Машу. Когда Маша пришла, Мария Федоровна поблагодарила ее и сказала, что диадема очень дорогая, и они не могут взять ее, тем более что это – подарок жениха. Маша возразила, что она подарила диадему Ксении на ее свадьбу, чтобы она была так же счастлива, как и мы. Я подумал, что моя жена совершенно не умеет считать деньги и не знает, что реально стоит та или иная вещь и когда-нибудь она так же бездумно и легко подарит мои заводы… но вслух сказал:

– Маша, хотя и не принято передаривать подарки, но еще хуже забирать то, что уже подарила. Если ты считаешь, что твой подарок принесет Ксении счастье – так тому и быть.

Потом император отозвал меня в сторонку и спросил, приглядел ли я для себя княжеские угодья? Ответил, что есть такая река Вилюй в Сибири, но далеко, надо год добираться. Так вот на этой реке алмазов, как в Южной Африке, откуда харарский ювелир Исаак получает алмазы для своей огранки) и качества они отменного, не хуже африканских. Но потянуть такую экспедицию мне не по карману, вернее, на экспедицию я бы денег нашел, но разрабатывать прииск – нет, не потяну. Второй вариант был с залежами угля недалеко от Ново-Михайловска, куда уже Великий Сибирский путь дошел. Уголь там лежит близко к поверхности, шахт копать не надо, но Демидовы уже на регион лапу наложили, а мне с ними не справиться, хоть я теперь и князь российский. Так что дарю идеи, что с алмазами, что с углем (не до всего же Демидовы добрались, только так, с краешку, где уголь совсем на поверхность выходит).