Шрифт:
Любить!
– Милана, девочка моя. Родная моя девочка.
– Не говори, пожалуйста, ничего пока не говори. Просто…
– Что?
– Просто будь.
Позволим себе просто быть. Быть одним целым сейчас.
Молчим. Его губы на моих волосах. На висках, на мочке уха, на шее. Я чувствую его дыхание. Слышу, как бьётся его сердце. И моё. Вместе. Рядом.
Господи…
Если бы я могла…
Почему это кажется таким правильным, когда это так неправильно?
Неправильно с точки зрения любой морали, религии. С точки зрения веры.
И в то же время это кажется настолько правильным мне!
Потому что это не ради сиюминутного удовольствия.
Это не похоть.
Не страсть, нет…
Зря я сказала про страсть.
Любовь это.
Настоящая.
Арс поворачивает меня, прижимая к груди. У него ошалевшие глаза, наверное, такие же как и у меня сейчас.
Мы оба еще не до конца понимаем всю глубину поразившего нас недуга.
Любовь.
– Мила… Милана.
– Арс… Север.
Я называю его так в первый раз. Мне это нравится. Север. Выдержанный. Стойкий. Суровый. И в то же время такой сильный и смелый. Надёжный.
Настоящий.
Север.
– Скучал без тебя.
И я. Я тоже. Сильно.
– Мила, послушай…
– Арс…
– Нет, слушай!
Он берёт моё лицо в свои ладони. Смотрит в глаза. Пристально. Серьёзно.
– Я решу всё. Веришь мне? Я всё решу.
– Арсений…
– Если ты готова к этому.
К чему? К чему я готова?
К нему? К этому мужчине в своей жизни? Как? Навсегда? Или… пока не надоем?
Я не знаю. Я не готова пока. Не уверена. Я… меня уже устраивает и так.
Господи.
Я трусиха. Реально трусиха!
Трушу.
Пока я даже не любовница. Пока я женщина, которая его зацепила, которую он хочет, которой горит, жаждет.
Он не свободен. Но и я тоже несвободна.
Меня связывает миллион предубеждений.
И мне сейчас проще вот так. Проще быть «Незнакомкой» Блока.
Проще быть женщиной-мечтой.
Выдержим ли мы, если все двери будут открыты? Если все проблемы будут решены. Если всё преграды растворятся?
Выдержит ли это наша… любовь?
– Мила…
– Арс, я не знаю, я…
– Я люблю тебя.
Он говорит. Говорит это глухим низким голосом.
Так говорят только правду.
Таким голосом не лгут.
Господи.
Не лгут!
Боже…
– Я тебя люблю.
Он меня целует. Целует так нежно, страстно, обнимая ладонями мою шею, прижимая меня крепко, целует.
Я поворачиваю голову и вижу плывущий кораблик, на котором стоят мои дети. Никита и Маргарита. И Рита смотрит прямо на нас.
Глава 35
Прячу пылающее лицо на груди Арса.
Наши стаканчики с остывшим кофе на парапете.
– Боже, боже…
Как я могла! Господи… Какая глупость. Дурость.
Ирония судьбы.
Почему именно так?
Рита точно узнала меня. Узнала ли она Арсения? Показала ли нашу парочку брату?
Ничего не знаю. Потому что я как страус, голову в песок и всё.
– Милана, что случилось?
– Дети. Там.