Шрифт:
– Знаешь, может быть, я смогу приехать на склад к восьми часам. Так будет даже лучше. Пока договоримся так. Восемь часов, на складе. Ты точно будешь один? А то пойдут сплетни…
– Конечно, – испуганно заверил он ее. – Никого, кроме меня, там не бывает…
– Тогда хорошо. Я приеду. А ты постарайся, чтобы подарок для сестры был не тяжелый, я не люблю таскать тяжести!
– Это будет маленький сверточек.
Али очень оживился и начал болтать о всякой чепухе. Фатиха больше его не слушала. Ладони у нее от волнения стали влажными, и она то и дело вытирала их о платье. Наконец показалась станция метро «Бибирево». Али спросил:
– А теперь куда?
– Сейчас… – Фатиха быстро осмотрелась по сторонам, увидела небольшой магазинчик на первом этаже многоэтажного дома. – Заезжай за этот дом.
Так он и сделал. Высадил ее у того подъезда, на который указала Фатиха, вытащил коробку. Преданно смотрел ей в глаза:
– Куда нести?
– В подъезд. – У нее уже не было сил смотреть на этого парня. Все опротивело, все было страшно и нелепо.
Он затащил коробку в подъезд, внес ее в большой грузовой лифт, поставил. Она легонько подтолкнула его в спину, чтобы он вышел из лифта.
– Иди, тебе давно пора возвращаться. Я сама доеду.
– Я мог бы и до верха довезти…
– Не надо!
Она буквально вытолкнула его, когда двери стали закрываться. Нажала на кнопку последнего этажа и поехала вверх со своей коробкой. Наверху на миг задумалась – что делать с этой обузой? Оставить в лифте? Скорее обратят внимание. А какая ей разница, обратят внимание на коробку или нет? Да и не вытащить такую тяжесть из лифта. Вот Али это делал легко. Ей вспомнились его мускулистые загорелые руки. Снова стало страшно, к страху примешивалось странное любопытство: «Неужели я это сделаю?» Она вышла из лифта, посмотрела в окно, увидела с большой высоты двор. Оттуда как раз выезжала потрепанная машина Али. Она вызвала другой лифт, маленький, большой уже успел уехать вниз вместе с коробкой. Она усмехнулась – наверное, люди будут пугаться, когда увидят коробку, ведь по Москве ходят слухи о бомбах… А когда откроют – вот удивятся! Кто-то найдет товара на тысячу долларов. Отвратительно пахнущие сирийские духи в красных стеклянных флаконах. Из-за красного стекла казалось, что в них налита кровь.
Одно дело было сделано. Оставалось другое, более сложное и запутанное. Она никак не могла решить – как будут вести себя Мухамед и прочие после визита милиции? На самом деле все это их не волнует? Лена и ее сын пока на виду у милиции и почти в безопасности. По крайней мере, ей так кажется. Но девочка теперь представляет угрозу. Ее ищут, а найти не должны. Они могли передвинуть сроки и тогда… «Лена мне этого не простит, – машинально подумала Фатиха. – Но какое мне дело до того, что она будет обо мне думать? Почему мне это так важно? Я вообще могла бы не заниматься ее делами». Но она сама знала, что в ней говорит обида, а не злость. Сегодня утром она так холодно разговаривала с Леной, что та должна была понять – обида не прошла. У Фатихи никогда не было подруг. Единственным человеком, с которым она иногда мысленно советовалась, была ее покойная мать. Фатиха хранила ее большую фотографию и часто вглядывалась в узкое лицо женщины, которую почти не помнила, смотрела в ее загадочные грустные глаза и чувствовала – мать видит ее в эти минуты, говорит с ней. Мачеха – мать Арифа и его братьев – хорошо относилась к Фатихе, никогда не обижала ее, но девушке не пришло бы в голову обратиться к ней с исповедью. Отец давно стал чужим человеком. Она позвонила Сайде, сказала, что хотела бы еще увидеться с нею. Ей в Москве одиноко, не с кем поговорить. Сайда, как всегда, ничего не сумела возразить, и уже это обнадеживало, значит, Зияд не запретил ей пускать кого-то в квартиру. Все осталось по-прежнему. Ей доверяют.
Фатиха пересчитала деньги в кошельке. Она солгала Ахмату – те пятьсот долларов, которые она ему дала, были не последними деньгами, но ей не хотелось слишком дорого платить за жизнь его племянника. С собой в Москву она взяла довольно крупную сумму. У нее всегда были свои деньги, в которых она никому не давала отчета. А в этот раз, собираясь в Москву, Фатиха предвидела большие расходы. Но все же у нее еще был запас.
Чтобы быстрее добраться до Сайды, она снова взяла машину. Вскоре она уже поздоровалась с хозяйкой квартиры:
– Хотела тебя увидеть. Я не слишком надоела?
– Нет… Я готовила обед…
– Зияд дома?
– Он работает…
Сайда пригласила гостью в гостиную, принесла кофе.
– Муж на тебя не сердился, что я тогда пришла? – спросила Фатиха.
– Нет. Он спрашивал о тебе.
– И что ты ему сказала?
– Ничего.
«Из нее слова не вытянешь, – рассердилась про себя Фатиха. – Но кажется, все в порядке». Она спросила:
– А сын твой дома?
– Играет у себя в комнате. Очень увлекается компьютером, боюсь, не вредно ли это для глаз?
– Может, вредно, – кивнула Фатиха. – А ты не покажешь мне его компьютер?
Сайда без возражений провела ее в детскую. Там сидел мальчик и действительно играл в какую-то замысловатую компьютерную игру. Фатиха для вида заинтересовалась, склонилась над экраном, потом окликнула хозяйку:
– Ты не принесешь мне сюда кофе? Я тоже хочу поиграть.
Та вышла, и тут же Фатиха бросилась к двери, оказалась в коридоре, распахнула дверь спальни, заглянула… Она металась как молния, и к тому моменту, когда медлительная полная Сайда показалась в детской с двумя чашками кофе, она увидела гостью, с интересом разглядывающую космическую войну на экране.
Фатиха смотрела, но ничего не видела. Мальчик молча нажимал кнопки, с тупым упорством стараясь попасть в космическое чудовище. Чудовище увертывалось и ответно плевалось красным огнем.
– Твой кофе.
Фатиха не глядя протянула руку и взяла чашку Кофе пролился на стол Мальчик по-прежнему смотрел на экран. Сайда побежала за салфеткой, чтобы вытереть кофе. Все это походило на кошмар. Девочки в спальне не оказалось.
Глава 15
– Они ее убили?!