— Ну вот, это то, о чем я и говорил тебе. — Тима останавливается — Если ты раньше был хорош в защите на ближней дистанции, то теперь ты, из-за боязни пропустить в больной бок, перестал беречь голову. Лесоруб тебя сразу же накажет за такую манеру ведения боя. У него боковой слева, вылетает просто мгновенно, он этим ударом немало хороших бойцов положил.

— Значит, я не дам ему загнать себя в угол — я выхожу из угла, и прыгаю на месте, разбрасывая руки — А если все же так получится, сразу буду клинчевать и тянуть его в партер. У меня по любому арсенал богаче, я его, так или иначе, положу.

— Хорошо бы мне твою уверенность — бормочет себе под нос Тима, и уже громче — Ну что встал как столб? Давай работаем дальше.

— Есть товарищ командир — я шутливо отдаю честь, и снова начинаю движение по залу, уходя от Тимы.

…

На скудно обставленной оперативной квартире, с затертыми бумажными обоями, на старом продавленном диване сидит Марина, обхватив прижатые к груди ноги обеими руками. Она одета в дорогой брючный костюм, но ей холодно, несмотря на теплый майский день за окном. Девушка отстраненно смотрит на меряющего шагами комнату высокого импозантного мужчину с благородной сединой в когда-то черных как смоль волосах. Мужчина одет в черные брюки с выглаженными ровными стрелками и идеально белую рубашку с коротким рукавом. Его начищенные до блеска модные импортные туфли, мерно стучат каблуками по старому рассохшемуся паркету с облезшим местами лаком.

— Ты меня поняла? — Мужчина останавливается напротив сидящей девушки, и смотрит на нее, повторяя вопрос, прозвучавший несколько секунд назад.

Марина как будто очнулась, и посмотрев на мужчину, поспешно кивнула головой.

— Да, да Егор, я все поняла.

— Хорошо, а то мне показалось, что твои мысли сейчас где угодно, только не здесь — мужчина начинает снова ходить по комнате — Это очень важно. Пусть Вахо подготовит к сдаче один из своих цехов. Это должен быть реальный цех, с оборудованием и людьми, а не его пустой муляж. Сейчас нельзя жадничать. После его провала в Москве, там, наверху, обратили на наш город особое внимание. Такая крупная партия ширпотреба заинтересовала самого министра. Получается, что тут, у меня под носом, во всю процветает теневой бизнес, цеховики тысячами штук производятся паленые джинсы, а я ни сном не духом об этом. И тут всего два вывода. Либо я дурак, который не может нормально организовать работу у себя в городе, либо, что еще хуже, я в доле. Ни один из этих выводов, мне ничего хорошего не сулит, мне даже мои связи не помогут. Если полетит моя голова, Вахо тоже не поздоровится, мы с ним слишком тесно связаны чтобы это на нем никак не отразилось. Потяни за одну ниточку, и весь клубочек можно будет размотать. Нам сейчас надо опередить Москву и дать громкое раскрытие. Если сюда приедет комиссия и начнет копать по настоящему, они смогут накопать много такого, что не понравится никому. Лучше сейчас отдать часть, чтобы не потерять все и не оказаться на нарах.

— Да, я понимаю, Егор. Я все передам Вахо — покорно кивает Марина. — Сегодня же буду у него и все передам, как ты сказал.

— Ладно, иди сюда — мужчина останавливается, и тянет Марину с дивана к себе — Мне надо сейчас сбросить напряжение.

Марина покорно встает и идет к старому письменному столу, вслед за мужчиной. Тот расстегивает тонкий дорогой ремешок из крокодиловой кожи на ее брючках, и расстегнув пуговицу, позволяет брючкам упасть вдоль красивых стройных ножек девушки. Мужчина толкает девушку вперед, она берется двумя руками за стол и выпячивает свою красивую белую попку, прикрытую только тоненькой полоской кружевных черных трусиков. Мужчина расстегивает ширинку, и отодвинув тонкую ткань трусиков в сторону, без подготовки входит в девушку, начиная мерно раскачиваться вперед назад. Марина начинает тихонько постанывать, но на ее лице скука, она просто привычно дает мужчине расслабиться и получить разрядку, не получая сама от этого ни малейшего удовольствия. Мужчина быстро заканчивает, и удовлетворенно застегивая ширинку своих брюк, звонко хлопает Марину по упругой попке.

— Хороша ты Маринка. Кожа бархатная и попка у тебя, просто спелый персик. Так бы и впился зубами.

…

— Здравствуй Мариночка душа моя! С чем ты сегодня пожаловала к старику? — Вахтанг Отаевич, с добродушной улыбкой идет по длинному коридору навстречу Марине, широко разводя руки для объятий — Совсем меня забыла негодница, сколько мы с тобой уже не виделись?

Марина подходит к хозяину дома, привстает на носочки и чмокает его в щечку, а тот, как добрый дядюшка обнимает ее.

— Ну что ты Вахо, как же я могу тебя забыть, я же была у тебя на прошлой неделе — лукаво улыбается девушка.

— Вай, а как будто целый год пришел, так я сильно по тебе соскучился.

— Ты же человек занятой, у тебя всегда много дел, зачем тебе докучать пустыми бабскими сплетнями.

— Что ты говоришь моя красавица. Твои разговоры никак пустыми бабскими сплетнями не назовешь, и для тебя, моя дорогая, у меня всегда есть время.

— Да, разговор у меня, честно говоря, не очень приятный, но необходимый — потупилась Марина.

— Ну, тогда давай пройдем ко мне в кабинет, там, в спокойной обстановке, расскажешь, о чем ты хотела со мной поговорить.

Вахо берет Марину за руку, и открывая массивную резную деревянную дверь, приглашает ее зайти внутрь просторного помещения. Войдя вслед за ней, он подводит девушку к большому кожаному дивану, предлагая ей сесть, а сам садится рядом и требовательно смотрит на нее.

— Давай начинай свой неприятный разговор. Лучше покончить со всеми неприятными разговорами сразу, чтобы между нами не было недомолвок.

— Вахо, Егор в курсе про твои проблемы в Москве, и про то, что там взяли твоего человека с товаром. Он сильно волнуется. Потому, что твои проблемы, это и его проблемы. Его высокий покровитель в Москве намекнул ему, что им там сильно недовольны. В наш город скоро приедет комиссия и начнет ставить здесь все с ног на голову. Егор просит твоей помощи, хотя это не только для него, тебе самому, это тоже нужно.