Такие моменты среди природы оставались вне времени, они становились той невидимой нитью, что связывала человека с его истоками, с жизненной энергией планеты, пульс которой я отчётливо ощущал под своими босоногими ступнями. В этом простоте и величии, среди природы, я нашёл не просто покой – я обрел гармонию с самим собой и окружающим миром.

Я глубоко вдохнул воздух в лёгкие. Благодать. Даже как будто легче стало.

Топали мы молча минут пятнадцать, пока не вышли на опушку с двухэтажным домиком в её середине. Метровый частокол служил для разграничения территории – и только: особой защиты от такого ждать не приходится. Рядом с домом я приметил конюшенный двор, где четыре лошади разной масти мерно жевали траву, изредка фыркая на надоедливых мух и хлеща их хвостами.

Пара дворовых собак встретили меня «весело» – рыча и гавкая, что есть мочи. Но, когда старец поднял на них кулак, псы сразу же мирно завиляли хвостами и стали принюхиваться к моим ступням. Через мгновение собаки отбежали от меня, как от заразы.

Старик внимательно посмотрел на меня, потом на мои стопы. Я лишь пожал плечами.

Наконец, мы вошли в дом.

Попали мы в квадратную гостиную, в центре которой стоял диван с небольшим столиком перед ним. На диване лежал лук с колчаном стрел: на случай непрошенных гостей, видимо. Справа виднелась кухня с прилегающими к ней «удобствами». Слева – лестница, ведущая наверх.

Одну деталь на диване я не сразу приметил: за изгибом лука лежал сжавшийся меховой комочек.

– Пуся! – радостно вскрикнул я и взглянул на старца. Тот кивнул с улыбкой и положил сумку с моими пожитками на стол. В один прыжок я оказался у дивана и сел рядом с белочкой. Но та, к моему удивлению, отреагировала на меня не так бодро, как я ожидал. Она устало подняла головку, угукнула и неторопливо залезла мне на колени, а после сразу, удобно расположившись и укрывшись хвостиком, засопела.

– Что с тобой?! – в шоке от происходящего, я встревожено смотрел на неё. Странное дело.

– Постарела, бедняжка, – участливо объяснил старец, тоже усаживаясь на диван. Лук со стрелами он убрал на стол.

– Постарела? – переспросил я, поглаживая белочку. – Как постарела?!

– Ну, система ушла, все и постарели. Ты ж не знаешь, сколько ей было лет, когда ты её встретил. Повезло, что она ещё жива, а если бы ей было тридцать, представляешь?

– Точно! – хлопнул я по лбу, осознавая. – Система же ушла. Блин. Всё время забываю.

Старик кивнул понимающе, но ничего не добавил.

Я смотрел на белку и был готов расплакаться, но усилием воли держался.

– Я тебя понимаю. Крепись!

– Знаешь, что хуже всего? – я вздохнул. – Теперь она простая белка, и я не смогу с ней общаться. Она была мне другом, товарищем, понимаешь?!

– Ещё как, – старик ласково взглянул на белочку, – она и сейчас твой друг, в огонь и воду пойдёт за тебя. Только вот, – он развёл руками, – молча. Диалогов как раньше, у вас не будет.

– Я никогда в ней не сомневался, – кивнул я, – но что можно сделать, чтобы вернуть её? Может, тебе известен способ? – с надеждой спросил я.

Тот лишь пожал плечами.

– Вернуть систему. Наверное.

– Да как?! Я даже не понимаю, как она погибла. Где она находится, и вообще, система разве одушевлённый объект?

– Не знаю! Знаю то, что и все.

– Понял. А что знают все?

– В общем, – начал старик, – вчера вечером явился ко мне маг Флавий, глава круга воздуха, в руках он принёс белочку.

Я, подняв вопросительно брови, внимательно слушал его. А старец продолжал:

– Он сказал, что ты спишь на берегу, и чтобы я сегодня забрал тебя. И никуда не отпускал. Также поведал о том, что чудом смог унести тебя с поля битвы.

– Но почему именно меня?! – простонал я, хватаясь за голову. – И зачем именно сюда перенёс? Я был нужен там. Своим людям. А теперь получается, я сбежал, бросив их на произвол судьбы.

Старец по—дружески положил руку мне на плечо.

– Маг сказал, что ты очень важен для Эндора, и он не мог допустить твоей смерти. Верховный маг наказал ему следить за тобой на поле битвы и, если понадобится, помочь.

Я кивнул.

– Хорошо. То есть, не хорошо! Но сейчас я хотя бы знаю, как я сюда попал. Но я не успокоюсь, пока не узнаю, что сталось с моими близкими. Но спасибо тебе за информацию!

– Не за что.

– Я так понимаю, мы проиграли битву?

Старик вздохнул.

– Да. Силы света сбежали. Укрылись все в своих замках. Никого не впускают, никого не выпускают, – он горестно покачал головой. – В общем, Лёха, дела плохи!

– Но здесь спокойно. Где мы, кстати?

– Мы на архипелаге западнее Кира и Мидара. На одном из островов в Великом море. Сюда Готар не сунется.