— Ах вот оно что! Прекрасная, светлая и обеспеченная жизнь накрывается медным тазом? Вот с чего такие хлопоты! — рассмеялся Старик-Саша.

— Именно так! Леша не брал этих денег, но он их вернет!

— Даже если это и так, во что я не верю, я ничего не помню. Дома денег нет, куда я их положил я тоже не знаю. И почему я ему должен отдать все, а не половину? — рассмеялся юноша.

— Потому что вы их нашли вместе, ты получишь премию за находку, а он эти пять тысяч! — уверенно заявила Нина.

— Сожалею, но у меня нет таких денег, и на этом давай закончим разговор. С вашими проблемами разбирайтесь сами. Вызовите милицию, заявите о краже. Кстати, а почему вы это не сделали раньше? Подожди! Это деньги, полученные не совсем честным путем! Тогда понятно. Мне пора.

— Никуда ты не пойдешь, пока не отдашь наши деньги! — противно взвизгнула Нинка и неожиданно толкнула Старика-Сашу руками в грудь. Тот, не ожидавший такого выпада, отшатнулся назад. Под его левую лопатку вошло лезвие ножа, который держал в руке незаметно подошедший и стоявший сзади Алексей.

— Ты чего, Леха? — с недоумением спросил брата Старик-Саша, повернувшись к нему лицом. Страшно закричала Нина, увидев торчащий из его спины нож.

— Всем стоять на месте! Комитет Государственной Безопасности! — выскочили из кустов трое оперативников.

— Я не хотел! Он сам напоролся на нож! — закричал в отчаянии Алексей с ужасом глядя на младшего брата, из уголка рта которого стекала струйка крови.

— Глупо как все получилось, — прошептал побелевшими губами Старик-Саша, и ноги его подкосились. На землю он упал уже мертвым.

2044 ГОД. ЧАСТНАЯ БОЛЬНИЦА. ПАЛАТА РЕАНИМАЦИИ

Старик сделал глубокий вдох и пришел в себя. Он лежал на той же кровати, на которой, как ему казалось, он уже испустил свой последний выдох. Через окно струился тусклый дневной свет. Он поднял свою руку и рассмотрел ее. Да, та же старческая ладонь с узловатыми от артрита пальцами кисти, пергаментной морщинистой кожей и пигментными пятнами. Все так же как и до того, как он, вроде как умер.

В палату вбежала медсестра, а за ней вошел доктор.

— Ну Вы нас вчера напугали! — сказал эскулап. — Мы уже думали, что Вы больше не вернетесь.

— А что случилось? — спросил Старик.

— Вы впали в какое-то странное состояние, то ли кому, то ли летаргический сон, — произнес доктор. — Дыхание было самостоятельным, но редким и неглубоким. Пульс замедлился, температура тела снизилась. Я, честно говоря, думал, что Вы отправились в свое последнее путешествие.

— Хорошая фраза объяснить, что Вы думали, что я умираю, — усмехнулся пациент.

— Вот и хорошо! А теперь отдыхайте и набирайтесь сил! — улыбнулся врач и вместе с медсестрой вышел из палаты.

«И что это было? — думал Старик. — Мне все это привиделось? Это была всего лишь галлюцинация?» Анализируя свои воспоминания он понял, что ему все привиделось. Это были игры его подсознания и разума. Оно решило прокрутить ему картинку того, что он хотел пережить заново. И он догадался откуда растут ноги этого психологического приема.

Когда-то он прочел книгу известного психотерапевта. Там описывалась история одного врача, который жил в Вене в начале двадцатого века. Ему было сорок лет, он был женат и имел двух детей. И его угораздило влюбиться в свою молодую пациентку двадцати лет. И он был уже на грани развода, когда его друг по фамилии Фрейд, да-да, именно тот, который Зигмунд, предложил ему последний вариант помощи.

После посещения Фрейда, этот врач, вернулся домой, рассказал о своей любви жене. Та ему предложила покинуть дом и никогда больше не появляться в нем. Он поехал в больницу к своей любви. Там он ее застукал с молодым любовником. Тогда он, хотя и являлся ортодоксальным евреем, сбривает свою бороду и едет в Италию. Там он сидит на скамейке вокзала и понимает, что просто просрал свою жизнь. Семьи нет, карьеры нет, практики врачебной нет. И единственное, что он хочет, так это вернуть все назад.

И в этот момент он просыпается. Фрейд ввел его в гипноз и проиграл ему этот сценарий так, что пациент поверил в то, что это произошло на самом деле. После этого, вся любовь мгновенно испарилась и он прожил долго и счастливо, а умер до аншлюса.

«Неужели и мое подсознание сыграло со мной такой же сценарий? Тогда чего я хотел на самом деле? Заниматься наукой или быть с Анной? Почему все так быстро закончилось моей смертью?» — вопросы приходили один за другим.

«Будем есть слона по частям, — решил он. — Будем решать вопросы по мере их поступления. Вопрос первый. Что я хотел, и о чем мечтал по настоящему. Подсознание реализует только то, что мы хотим на самом деле, а не то, что нам кажется, что мы хотим».