Едва закончил раздумывать, раздался приказ выходить из повозок на «магическую проверку».

— На артефакты проверять будут, — уверенно повторил наш возничий и ухмыльнулся. — Ну, да и ладно. Главное, чтобы когда обратно поедем, не слишком усердствовали.

— А что, были случаи? — поинтересовался я с нарочитой небрежностью.

— Не-е-е, такого, чтоб что-то нашли, ещё не было, — засмеялся возничий. — Да и на выезде они, в основном, не лютуют. Им главное, чтобы чужое магическое к ним не ввозили, а что своё отсюда вывозят, их заботит несильно. И если разрешение к вывозу есть, то и ладно.

— А если нет?

— А если нет, надо прятать. Но лучше не при себе, а среди товара. Наши магики уверяют, что надёжней всего для такого дела дерево «шау». Его древесина всё здешнее колдовство маскирует. Целый день потеряешь, чтобы хоть что-то найти, а целый день тут никто этим заниматься не будет. Факт!..

Моя очередь идти на досмотр настала спустя полторы минуты. На помост я поднялся по небольшой лесенке — их было несколько штук, установленных по длине «платформы». Жрица встретила меня пронзительным взглядом серо-зелёных глаз. Перед лицом мгновенно появилось знакомое облачко маг-энергии. Стандартное магическое сканирование, мало чем отличающееся от тех, что производили маги Конклава, включая грудастую Астию и её братца-пижона.

Позволить закутанной в плащ ларантийке влезть в мою голову я, конечно, не мог. Тем более что в карманах сейчас лежали два рунных кристалла с заключёнными в них боевыми заклятиями.

Энергия, направленная в меня, вернулась назад, преобразованная в аркан «ничего интересного». Глаза у жрицы потухли, она отступила в сторону и кивнула помощницам.

Первая принялась тут же что-то записывать на восковой дощечке. Вторая начала проводить по моей одежде (правда, не прикасаясь) какой-то палочкой. Прямо как при досмотре ручным металлоискателем на предмет наличия у досматриваемого чего-нибудь запрещённого.

Ничего запрещённого она, ясен пень, не нашла. В моих артефактах, даже в том случае, если бы их обнаружили, мольфарской магии не было, так что формально я в самом деле ничего не нарушил.

— Проходи, — сообщил мне следящий за дамами воин, когда досмотр завершился, и указал на дальний конец «платформы». Там собирались те, кто прошёл проверку.

Полностью наш караван проверили минут за пятнадцать. Не так уж и долго, если подумать. На границах между земными странами аналогичные погранично-таможенные процедуры длились, бывало, часами, а то и сутками. Ещё и мзду приходилось платить, причём, не только в карман проверяющего государства, но и в личный карман проверяльщиков.

Здесь, хвала небесам, всё обошлось без взяток и вымогательства. Все снова расселись по своим повозкам, караван тронулся с места. Сопровождать нас ларантийцы не стали. Мольфаров у нас не нашли, артефактов тоже, пошлины на товары уплачены, въезд на территорию Зелёного королевства дозволен.

Товары, к слову, Гурсан вёз на юг не ахти какие. Рулоны тканей разных цветов, тюки хорошо выделанной кожи, короба с сушёными ягодами, пачки писчей бумаги, россыпи украшений из бронзы и хрусталя… В общем, ничего уникального с точки зрения жителя бывшей Империи или того же Мольфрана. Однако в Ларанте, как уверял купец, они пользовались устойчивым спросом и продавались с высоким процентом прибыли. Выручку, что тоже понятно, Гурсан собирался направить на закупки «магической» древесины.

Про кристаллы сапбри — о том, что сейчас покупать их невыгодно — он мне уже говорил, но я всё равно пару раз заводил о них разговор по дороге в столицу Ларанты. Вертелась, чёрт побери, у меня в голове мыслишка об их несомненной схожести с медальонами из лавки Абдулазиза, поэтому и пытался узнать о них всё по максимуму.

Сами кристаллы добывались на юге Зелёного королевства, на небольшом пятачке, зажатом с севера, запада и востока непроходимыми джунглями, а с юга горной грядой. Единственную дорогу, связывающую копи с центральной частью Ларанты, сумели пробить через чащу лет триста назад, а возможно, и раньше. Ни Шимис, ни Парапалус, ни Гурсан точных сведений на сей счёт не имели, поэтому приходилось верить им на слово.

Каждый кристалл сапбри представлял собой маленькую (не больше дюйма по высоте) прозрачную пирамидку с множеством белых и синих прожилок. На рынках Мольфрана за такую давали от тысячи раштов и выше. В Ларанте, когда добыча росла, они стоили около пятисот. Сейчас, по словам купца, раза в три больше, и ещё не факт, что найдёшь.

Мольфары использовали сапбри в качестве заготовок для личных накопителей маг-энергии — тех самых «керамических» пирамидок, что мы с Алиной добыли в Горках и передали потом: одну — чиновнику ганшанхайнского порта, другую — гадёнышу Пирапалусу.

Эффективность такого использования кристаллов лично у меня вызывала сомнения. Хотя бы по той причине, что ларантийские жрицы делали по-другому, а уж они, если верить Гурсану, могли дать сто очков форы любому мольфару в магическом поединке и всё равно победить. Обратное почти не случалось, а если случалось, то только тогда, когда против одной ларантийки выходили по пять-шесть мольфранских магов, да ещё и с поддержкой обычных бойцов.

Что именно делали жрицы со своими кристаллами, капитан «Рокайи» не знал, Пирапалус не говорил, а хозяин торгового дома только догадывался, основываясь на слухах и домыслах.