– Мы знаем, что убийца сбежал,- порывисто сказал Рикардо.

– Сейчас убийца - не главный объект поисков. Он, скорее всего, уже в Марселе. Не бойтесь, мы еще до него доберемся,- величественным жестом Ано пресек все потенциальные возражения.- Но с вашей стороны было очень мудро напомнить о нем. А то я мог бы начисто забыть, и моя блистательная репутация была бы безнадежно загублена.- Он насмешливо поклонился Рикардо и быстро зашагал по дороге.

– При такой громоздкой фигуре он развивает небывалую активность,сказал Рикардо Ветермилу, безуспешно пытаясь засмеяться.- Солидный, умный мужчина почтенного уже возраста, а ведет себя иногда, как уличный сорванец.

Так он описал великого детектива, и его описание мы цитируем, потому что оно было единственным ценным вкладом Рикардо в это расследование.

Трое мужчин сразу же прошли в апартаменты Ветермила, состоявшие из гостиной и спальни на втором этаже отеля. Снаружи был балкон. Ано вышел на него, осмотрелся, потом вернулся в комнату.

– Всегда лучше убедиться, что никто не сможет подслушать,- объяснил он.

Гарри Ветермил уже сидел в кресле. На миг с его лица соскользнула маска отрешенности, и теперь это было изможденное лицо человека, донельзя истерзанного страданием, болезненными укусами невидимых мук.

Ано же, напротив, оживился. Найденная машина подняла его дух. Он сел за стол.

– Расскажу вам, друзья, что важного мы узнали. Эта троица - мужчина, женщина и мадемуазель Селия - вчера укатила в Женеву. Это первое, что мы узнали.

– Так вы все еще цепляетесь за Женеву?- изумился Рикардо.

– Более чем когда-либо,- сказал Ано. Он развернул стул в сторону Ветермила и, увидев, какое у него лицо, воскликнул: - Ах, мой бедный друг!

Гарри вытянул вперед руку, будто отказывался от сочувствия.

– Чем я могу вам помочь?- спросил он.

– У вас есть дорожный атлас?

– Есть.- Ветермил встал, пересек комнату и достал из бокового столика атлас.- Вот.

Ано вынул из кармана карандаш.

– Машина прошла около ста пятидесяти километров. Измерьте расстояние, и вы увидите, что Женева нам подходит! Это город, в котором легко затеряться. Далее: при дневном свете машина появляется на углу. Как она там очутилась? Какая дорога туда приводит? Дорога из Женевы! Может, оно и к лучшему, поскольку шеф женевской полиции - мой друг.

– А еще что мы узнали?- спросил Рикардо.

– А вот что,- Ано выдержал эффектную паузу.- Мосье Ветермил, придвиньтесь поближе к столу и сами решайте, прав я или нет.- Он подождал, пока Гарри выполнит приказ, и засмеялся: - Ничего не поделаешь, грешен, люблю драматические эффекты. Когда есть возможность произвести такой эффект, я должен насладиться им сполна, потянуть паузу. Сейчас я вас удивлю.

Он погрозил своим приятелям пальцем. Рикардо заерзал, Ветермил впился глазами в лицо Ано, но тот оставался спокоен, как будто только что наконец завершил долгое дознание.

– Вот что я думаю. Человек, угнавший машину в Женеву, вернулся потому, что собирался поставить ее обратно в гараж виллы "Роза".

– Господи боже мой!- вскрикнул Рикардо и откинулся в кресле, услышав эту спокойно произнесенную фразу, от которой у него даже перехватило дыхание.

– Неужели он бы осмелился?- недоверчиво спросил Гарри.

Ано наклонился и постучал по столу, словно хотел подчеркнуть свой ответ.

– Во всех деталях преступления просматриваются две особенности: ум и осторожность; недюжинный ум и небывалая осторожность. Говорите, он бы не осмелился? А он осмелился, он появился при солнечном свете в пятнадцати метрах от виллы "Роза" - для чего бы ему там быть, как не Для того, чтобы вернуть машину? Подумайте! Бензин отлит из далеко поставленной канистры, которую Серветаз мог еще две недели не трогать, а к тому моменту уже не по мнить, не сам ли он эту канистру взял. Я имел в виду такую возможность, когда расспрашивал Серветаза, комиссар еще сказал, что это глупо. С величайшей аккуратностью преступники убрали все следы грязи из машины. Кусочек шифона оторвался, без сомнения, под конец, когда Селия вылезала из машины, и потому его не заметили, иначе бы и его убрали. А то, что снаружи машина грязная, их не могло выдать, потому что Серветаз оставил ее немытой.

Ано шаг за шагом описал поездку.

– Мужчина оставляет ворота открытыми; он везет в Женеву двух женщин, которые постарались не оставить следов на полу машины. В Женеве они выходят. Мужчина возвращается. Теперь, если он поставит машину в гараж, все следы будут заметены. Никто не сможет проследить, куда они уехали. Никто не заподозрит, что машина вообще выезжала из гаража. На углу он собирается свернуть к вилле, но видит у ворот постового. Он сразу понимает, что убийство обнаружено. Он включает самую высокую скорость и въезжает в город. Что ему делать? Он едет в машине, которую через час-другой полиция начнет искать, если уже не ищет. Ему необходимо срочно от нее избавиться, прежде чем люди увидят машину, а в машине - его. Можете себе представить его чувства? Впору пожалеть беднягу. Он находится в машине, изобличающей его как убийцу, и ему негде ее оставить. Он едет через Экс. На окраине города замечает пустующую виллу. Он въезжает в ворота, взламывает дверь каретного сарая и оставляет там машину. А теперь внимание! Ему больше не нужно делать вид, что они не уезжали на машине. Убийство обнаружено, и машина исчезла вместе с убийцей. Значит, ему незачем зря беспокоиться, и он уже не убирает следы грязи от своих ног, что непременно сделал бы в гараже мадам. Теперь это не имеет значения! Теперь главное - сбежать, пока его не засекли. Итак, мы разобрались с тем, как машина оказалась на соседней вилле. Дерзкий шаг вернуть машину в гараж, дерзкий и отчаянный. Но остроумный. Если бы это ему удалось, мы ничего не узнали бы об их передвижениях - о, буквально ничего! Говорю же вам, это не обычное вульгарное убийство. Это изощренное преступление спланировали умные люди - умные и удивительно дерзкие.

Ано опять закурил.

Мистер Рикардо, напротив, от возбуждения даже курить не мог.

– Не понимаю вашего спокойствия!- возмутился он.

– Что тут удивительного? Вы любитель, я профессионал, вот и все,парировал Ано.

Он взглянул на часы и встал.

– Мне пора идти,- сказал он, и тут сзади раздался отчаянный возглас:

– Да, я любитель! Зато я знаю кое-что такое, мосье Ано, что вряд ли знает профессионал!

Ано повернулся к Рикардо. Лицо его было настороженным, без тени насмешки.