Пейзажи, натюрморты с дарами моря, рисунки парусников, портреты моряков и рыбаков. Значительная часть картин была сделана прямо из этого дома. Должно быть, художники писали с натуры стоя у открытых окон этого дворца. Но также много видов и пейзажей, сделанных в открытом море. В общем, мне стало ясно, что княгиня всерьёз увлекается живописью и любит приморье.

– Ваша светлость, позвольте полюбопытствовать, как вам удалось удержать этот дом, ведь пираты специально стремились его захватить?

– Это не так сложно. Пираты имеют одну особенность и слабость, среди них нет магов. Свитками, амулетами и прочим они пользоваться могут, но даже этого опасаются. Им этого их морская царица не велит. Уверена, что это простые суеверия, но я буду последней, кто попытается их разуверить. А дом этот зачарован магом Рошем, если вы достаточно сведущи в иерархии Империи, то поймёте, что я имею в виду.

Когда он здесь работал, ему было ещё очень мало лет, юноша, по сути, но магом одним из лучших в истории он стал уже тогда. Если бы Чарторыжские, да и прочие чиновники не экономили на услугах Гильдии, то пираты ушли бы отсюда не солоно хлебавши и все дома Дальнего были бы целы. Хотя должна признать, что и мне самой никогда ранее не пришло бы в голову, что в мой горячо любимый город ворвутся полчища дикарей. Сначала дикарей юга, потом – востока.

Ведь для пиратов это был совершенно нелогичный поступок и неприемлемый риск. Будь здесь Рош в тот день, он бы одним заклинанием поджёг все корабли разом. Даже средней руки маг, случайно прибывший сюда для моциона и солнечных ванн, мог сорвать их планы и, быть может даже, погубить их флот.

Поэтому частично я оправдываю стремление к экономии прежнего губернатора. Мы и сами пострадали от такой же беспечности. У нашей семьи здесь, в Дальнем три дома для разных целей. Один из них лично мой и он пострадал наиболее серьёзно, но намного хуже то, что в нём пираты сожгли почти пятьдесят полотен молодых перспективных художников. Были и жертвы!

Впрочем, их здесь в Дальнем повсюду было много и среди правых, и среди виноватых. О последних хочется много сказать, но о мёртвых или хорошее, или ничего. Проходите, пожалуйста, сюда. Чай будем пить в малой гостиной. Через четверть часа оттуда будет великолепный вид на остров Щита.

Как всегда в это время начнётся бриз и море будет по особенному лазурным в почти вертикальных лучах солнца. Моё любимое время для работы. Как вы относитесь к живописи? На мой непосвящённый взгляд, это вершина человеческой деятельности. Выше поэзии, музыки, литературы, магии или философии.

– Сам я талантом в этой сфере обделён, но мой хороший знакомый художник сейчас занят интерьерами в одном из моих владений.

– Долг знати продвигать в низшие сословия высокое искусство. Это облагораживает нравы и сглаживает недостатки, проистекающие от дурных манер, низменных вкусов и плохого воспитания. Живопись маринистов для этих целей подходит как нельзя лучше…

Дальнейшая наша беседа более походила на монолог. Княгиня явно села на своего любимого конька и с упоением рассказывала о лучших живописцах, которых ей удавалось пригласить сюда, о самых ярких впечатлениях от прогулок на яхте, которую захватили и угнали пираты, о закатах и восходах о пляжах песчаных и каменистых, об островах и рифах, об обитателях океана и их повадках…

Говорила она спокойно и одновременно с увлечением. Очевидно, что знаний о морях и океанах она накопила с избытком, поэтому слушать её было и интересно, и полезно. При этом княгиня не забывала о своей роли хозяйки и периодически предлагала мне отведать те или иные угощения.

Чай был ароматным и необычным, разного рода сласти тоже не оставили меня равнодушным. Вскоре я почувствовал себя свободнее, слегка расслабился и уже просто получал удовольствие от общения с интересной женщиной, которая нашла в жизни своё главное увлечение и умела очень интересно о нём рассказывать.

Она без особого труда смогла создать для меня комфортную обстановку, почувствовать себя ровней и крайне интересным ей человеком.

При всём этом моя собеседница почти не сводила с меня глаз, очень внимательно наблюдая за моим поведением, манерами, реакцией на её слова.

Должно быть по этим мелким чертам и деталям она, основываясь на своём немалом жизненном опыте, могла составить себе представление о собеседнике, узнать о нём нечто важное и нужное ей. Понять человека, увидеть главное в нём, определить кто это. Друг или враг?.. И всё это в непринуждённой обстановке, в светской беседе, а не по отчётам, слухам или общественному мнению.

Попутно она выяснила для себя важные для неё практические вопросы. Справлюсь ли я с восстановлением её любимого города, смогу ли защитить провинцию от дальнейших нападений и наладить здесь ту прежнюю жизнь, которую она, судя по всему, так любила.

Всё это вкупе позволило мне впервые в жизни ощутить себя составной частью высшего общества, великосветской жизни родового дворянства. Той части русской культуры, которая расцвела к концу позапрошлого века и была потом безвозвратно утеряна. Примерно на час я окунулся в этот дивный мир и мне там понравилось. Очень. Но ….