Я решаю лечь лицом вниз и обложить себя как можно большим количеством подушек. Возможно, это поможет заглушить звук, если я вдруг проснусь от крика.

Посреди ночи я просыпаюсь в холодном поту и смотрю на время на своем телефоне: 4:59 утра. Такое ощущение, что я снова не могу дышать. Я потираю шею, которая все еще болит, но уже не так сильно. Я решаю принять душ и одеться, потому что снова заснуть - не вариант. Я подставляю руку под кран и принимаю лекарство.

Внимательно осмотрев свои бедра, можно сказать, что синяки не так страшны. Я решаю носить черные колготки, пока следы не исчезнут. Я проверяю время: 5:59 утра. Решаю открыть дверь, одеваю толстовку и леггинсы поверх колготок и иду на кухню.

Нейт сидит, пьет свой утренний коктейль, ест яйца и фрукты. Он улыбается, когда видит меня.

— Ты рано встала. Доброе утро.

— Доброе утро, — бормочу я. Я не отвечаю на его улыбку и отвожу глаза, чтобы он не увидел выражение моего лица.

Я достаю из холодильника йогурт, который купила в аэропорту, чтобы позавтракать. Беру воду, сажусь на другой конец острова и листаю телефон.

— Я написал тебе на днях.

Я напрягаюсь.

— Я была немного занята, извини. — Я продолжаю листать телефон, ища основные балетные позиции, которым можно обучать начинающих в юном возрасте.

— Жизель, ты в порядке? — Спрашивает он.

— Да. Я в порядке. А что? — Отвечаю я, не поднимая глаз от телефона.

— Ты выглядишь так, будто... не знаю, что-то не так.

— Все нормально. — Я поднимаю глаза и смотрю на него так, как смотрела каждый день с той ночи. Потерянной, разбитой и кричащей внутри.

Он смотрит на меня, пытаясь найти ту Жизель, которая ушла в тот день, ту, которая чувствовала безответную любовь. Но он не знает, что та Жизель мертва и ее больше нет. Жизель, на которую он смотрит, та, которую никто не захочет, - всего лишь оболочка, которая может только танцевать, чтобы чувствовать.

— Если бы что-то было не так, ты бы сказала мне, верно?

— Мне нечего рассказывать. Не беспокойся обо мне, Нейт. Ты беспокойся о своем бое, а я буду учить девочек, как и обещала.

— Я хочу заплатить тебе за обучение девочек, это очень много и...

Я поднимаю руку, останавливая его.

— Не волнуйся об этом, Нейт. Я могу танцевать и зарабатывать деньги. Я хотела заплатить за это, и я не жду, что ты мне что-то вернешь или дашь. Я просто буду танцевать, как тогда, когда зарабатывала деньги.

Он встает со стула и пугает меня.

— Я не хочу, чтобы ты для кого-то так танцевала!

Я саркастически улыбаюсь.

— Думаю, тогда я отработаю их в закусочной. В любом случае, мне не нужны твои деньги. Я твой друг, а не девушка, и я не принадлежу ни тебе, ни кому бы то ни было.

Его лицо становится серьезным.

— Я же сказал тебе, ты моя.

— О, Нейт, я уже никогда не смогу стать твоей, — усмехаюсь я.

— Ты слишком хороша для меня, да? Прима-балерина, — огрызается он в ответ.

Я бросаю на него убийственный взгляд.

— Ты ничего обо мне не знаешь!

Он проводит рукой по лицу, делая глубокий вдох.

— Слушай, прости, если я тебя обидел. Я не хотел... — Он замолчал.

— Между нами ничего нет, Нейт. Я просто хочу быть другом. Я тебе не подхожу, и ты прав, я прима-балерина. Я буду давать девочкам уроки балета, уменьшу нагрузку на Ленору, а потом уеду. Я буду возвращаться домой в перерыве между уроками, потому что не хочу отвлекать тебя от боев. Джейден прав, тебе не нужно отвлекаться.

Я знала, что последняя фраза заставит его отступить. Я знаю, как сильно он переживает за свою карьеру бойца, и я его не виню. Я знаю, каково это - иметь только один выход, жертвовать всем ради того, что ты построил.

— Ладно, хорошо. Но это еще не конец.

Я закатываю глаза и хватаю свою сумку. Мы приезжаем на парковку, и я иду к танцевальной студии, оставив его там без единого слова. Я открываю дверь танцевальной студии и выпускаю глоток воздуха, который я сдерживала в себе.

Ленора дала мне ключ, так как я собиралась прийти пораньше, чтобы потренировать несколько танцевальных номеров. Это первый раз, когда я могу заниматься после того, что случилось, и я решаю, что это идеальное время, когда за мной никто не наблюдает.

Я включаю песню Evanescence «Breathe No More» и танцую, выплескивая свою боль, чтобы никто не видел, что завладевает мной каждую ночь. Слезы стекают по моему лицу, а душа кричит от боли.

Сломанная, потерянная и заблудившиеся. Я танцую, вспоминая, какой свободной душой я когда-то была, позволяя слезам падать.

Я задыхаюсь, а когда заканчиваю, понимаю, что я не одна.

Оглянувшись, я вижу Нейта, Джейдена и всю его команду, стоящих молча. Нейт медленно подходит ко мне и большим пальцем нежно вытирает слезы с моего лица.