Они оба понимающе кивают, и я провожу руками по волосам. Мой мобильный телефон вибрирует, и я отвечаю, включив громкую связь. Голос Итана проникает в мои уши:

— Я знаю, что сказал, что позволю тебе разобраться с этим, но я в черном внедорожнике, припаркованном возле твоего спортзала. Поехали. У нас мало времени.

Я вешаю трубку и смотрю на парней. Картер ждет снаружи. У меня нет времени надрать ему задницу, но мне нужно добраться до Брианы, прежде чем они причинят ей боль или тронут ее.

Я сажусь на пассажирское сиденье, Джейк, Ник и Брайан садятся в заднюю часть бронированного внедорожника.

— Чёрт, ты и правда в мафии. — Говорит Брайан, когда машина рванула вперёд, выезжая со стоянки.

Итан ведёт и протягивает мне координаты того места, куда её везут Даниэль и Бен.

— Они едут с ней в наркопритон, который у них за пределами Невады. У меня парень на месте встречи прямо снаружи, ждёт, когда мы приедем.

— Хорошо, — говорю я ему, надеваю черную толстовку поверх бронежилета, а затем поправляю маску на лице. Проверяю прицел и патронник своего Глок, убирая его в кобуру. Парни сзади делают то же самое, пока Итан давит на газ, оставляя за собой грязь.

— Джейкоб, дай мне сумку. — Он передает ее мне и достает мои ножи и то, что я называю своим ножом для разделки филе рыбы. Для тех надоедливых мелких работ, которые требуют немного больше резни.

— Мы вне сети? — Спрашиваю я Итана. Это значит, что другие лидеры не участвуют и не знают, что мы делаем.

— Мой отец знает. Тебе не о чем беспокоиться. Он говорит, что у тебя есть полная поддержка. Она скоро станет твоей женой и будет считаться твоей ближайшей семьей. Кастеллано в курсе.

Я киваю.

— Спасибо. Я ценю, что ты держишь свое слово. Но я все равно хочу разбить тебе лицо.

Он усмехается.

— Думаю, твоя невеста в последний раз, когда видела меня, разбила мне не только лицо.

— Хорошо. Я рад, что она опомнилась. Теперь пойдем за моей девочкой.

Через час мы подъезжаем к наркопритону, и это пыльная дыра. Я поворачиваю голову к Нику.

— Дай мне одеяло и повязку на глаза. — Говорю я ему.

Итан смотрит на меня с недоумением, не понимая зачем мне повязка на глаза.

— Это для нее. Я не хочу, чтобы она видела. Это то, над чем я работаю с ней. Она потом скажет мне спасибо. Ей не нужно видеть это дерьмо. — Говорю я ему.

Он кивает и говорит в микрофон в руке.

— Они на позиции. — Он поворачивается ко мне. — Ты входишь. Ты командуешь, Кипр.

Я киваю.

— Раз, два, три. — Двери открываются, и я с убийственной точностью двигаюсь к задней части. Ник следует за мной. Когда я дохожу до заднего окна, я вижу две фигуры, но не вижу Брианы. Я останавливаю Ника жестом и выламываю заднюю дверь. Бам! Я вышибаю дверь, подняв пистолет и нацеливаюсь на того, кто выскочит. И Даниэль, и Бен отвернулись. Они думали, что звук доносится со стороны передней двери, а не со стороны задней. Приставив ствол пистолета к голове Даниэля, я говорю со сжатыми зубами. — Где она?

— Я-я-в задней комнате, — запинается он.

Приставив пистолет к его черепу, я вижу, что Ник держит Бена в похожем положении.

— Иди, и если ты сделаешь движение, я снесу твою чертову голову. Отведи меня к ней, и да поможет мне Бог, если ты хоть пальцем ее тронул. Я убью тебя.

Они уже мертвы в моей книге, но я пока не собираюсь им этого говорить. Я еще немного подержу это при себе. Он проводит меня в заднюю часть вонючего наркопритона со скрипучими половицами и черными стенами. Это напоминает мне о маленьком доме, в котором я вырос, который я называл адской ямой.

Мы подходим к старой деревянной двери, и я готовлюсь, когда он открывает ее, чтобы показать Бриану.

Она привязана к кровати голой, и ярость внутри меня кипит, прежде чем вырваться наружу.

— Кто ты? — Спрашивает она, рыдая. — Пожалуйста, помоги мне, — умоляет она, ее руки связаны и дрожат. На ее нежной коже красные отметины и отпечатки ладоней. Я понимаю, что она не может видеть меня из-за маски. — Это я, детка. Я здесь. — Ее лицо красное, а губы уже потрескались.

— О, слава Богу. Джейден, пожалуйста, вытащи меня отсюда. Я сделаю все, что угодно.

Мое сердце разрывается, когда я слушаю ее мольбы о помощи. Я обещаю любить ее и защищать, и никогда больше не выпускать из виду. Я бью ублюдка по голове пистолетом, и он от удара теряет сознание. Я протягиваю руку и развязываю ее. Она обхватывает себя руками, и я хватаю повязку.

— Ты мне доверяешь? — Спрашиваю я ее.

Она кивает, и я осматриваю ее тело.

— Они? — Она знает, что я спрашиваю ее, насиловали ли они ее, но, к моему облегчению, качает головой.

— Нет, они дергали меня за волосы и трогали меня, но они ждали темноты, чтобы изнасиловать меня, а затем потребовать выкуп.