Тут трудно будет не беспокоиться…

— Не стоит беспокоиться, — заговорил Кевин, — через это все проходят. Эшли, помню, тоже было непросто, но со временем у неё получалось всё лучше и лучше.

Эшли — это его жена.

— Вот только она аристократка из очень знатного и влиятельного рода. А помимо этого ещё и одна из самых популярных актрис нашего времени. И это в её-то девятнадцать.

Это ему уже нечем было парировать. Зато вновь заговорил Итан:

— А как насчёт самой Гвен? Я ведь уже рассказывал тебе, что изначально мои родители не одобряли то, что я собираюсь взять её на роль первой, — а впоследствии и единственной, — жены.

— Короче говоря… ей тоже было в такие моменты очень непросто?..

— И это ещё мягко говоря, — усмехнулся он. — По сравнению с тем, через что она в своё время проходила, эти двое чувствуют себя сейчас более чем комфортно. Мне даже кажется, она с ними так мягка, потому что видит в них себя в те дни.

Значит, она с ними ещё мягка? Боюсь представить, как эти двое будут себя чувствовать, если в один из подобных дней у Гвен, вдруг, из-за чего-то будет плохое настроение.

И обдумывая это, я вспомнил о том, как прошла первая встреча Элизабет с Гвен.

А-а… вот как всё будет в таком случае…

Ну… будем надеятся, что более до подобного никогда не дойдёт…

— Кстати говоря, — начал я, решив прямо спросить о самой важной на сегодня теме, — мы просто сегодня отмечаем, что я выздоровел, или же это так же означает, что те наши разногласия улажены?

«Разногласия улажены» не совсем верно подобранные слова, но и спросить прямо — «Вы меня простили?» — у меня как-то не вышло.

— Эди… — вздохнув, заговорил Итан, — мы не можем злиться на тебя долго. В конце концов, нам самим это крайне неприятно, потому что ты очень дорог всем нам.

— Это значит, я прощён?..

— Это значит, что мы всё равно очень недовольны тем твоим решением, но и злиться на тебя при этом мы более не можем. А так — никому из нас не нужны были извинения от тебя. Мы лишь хотели, чтобы ты полагался на нас хотя бы во всех важных и трудных моментах, ведь мы семья. Понимаю, что для тебя это может быть трудно, потому что ты наверняка хочешь добиться всего сам и лишний раз не тревожить нас, почему-то полагая, что и без того что-то должен нам. Но так же, прошу, пойми и вот ещё что — для нас твои просьбы никогда не были в тягость. Даже наоборот — каждый из нас только рад будет тебе помочь. К тому же, нам всем очень больно видеть тебя каждый раз израненным и страдающим. И особенно это больно видеть Гвен с Карэн.

— Я понял… — опустив глаза, произнёс я. — Спасибо…

— Тебе не за что говорить спасибо. А если уж так хочется — скажи это ему, — кивнул он в сторону Кевина. — Всё же это именно он уговорил сначала Гвен приехать сюда, а потом и меня.

Я удивлённо посмотрел на Кевина.

— Не стоит, — сразу поднял он руки, застенчиво улыбаясь. — Мне просто показалось это правильным — вот и всё.

— И всё равно спасибо.

— Да говорю же: не за что, — продолжил он отмахиваться. — К тому же, жаль, что Карэн я так и не смог уговорить. Она, как пришла домой, сразу заперлась у себя. А когда я её позвал, на удивление, даже до конца меня не дослушала. Хотя я думал, она больше всех будет рада этому. Вы с ней что, снова поссорились из-за чего-то?

— Ну… можно сказать и так, — и желая перевести побыстрее тему, я спросил: — А почему здесь Ева?

— Ну я же сказал: мы, когда уже выходили из дома, встретили её, — ответил мне Итан. — Мы немного пообщались, а потом Гвен почему-то захотела взять её с нами, вот и настойчиво пригласила, а Ева, недолго думая, взяла, да согласилась.

«Гвен почему-то захотела взять её с нами»?..

Я вновь посмотрел и увидел, как в отличии от двух остальных девушек, мило общается она вновь именно с ней, пока те в этот момент молча продолжают упорно трудиться. И если Элизабет явно просто хочет, чтобы это побыстрее закончилось, то вот от Алисы понемногу начинает исходить убийственная аура…

Ну да… я кажется, понимаю, почему Гвен так захотела взять Еву с ними…

Но вообще…

— Я не об этом.

— А о чём?

— Почему Ева, в принципе, тут, в нашей Империи? Она ведь уехала в другую Империю и там обручилась с кем-то, а после осталась жить с ним.

— А, так ты не слышал, что ли?

— О чём это?

— Её жених недавно умер, — флегматично ответил Кевин.

Эту девушку любят все.

Родителей, — да и все остальные родственники в их семье, — буквально превозносят её над всеми прочими наследниками, ставя её в пример, едва ли как недостижимый идеал.

В школе её чуть ли не почитают, как настоящего идола, считая, что она приносит удачу всем остальным. При этом, помимо этого, с ней хотят дружить и общаться все девушки, а парни, в свою очередь, только и думают о том, как провести с ней время наедине.

Даже самые обычные прохожие, видя её, практически тут же очаровываются ей, чуть ли не с самого первого взгляда.

Так в чём же причина её популярности?

И ответ на этот вопрос крайне прост: причина её популярности в ней самой. А если быть точнее — в её личности. Ведь деньги, популярность и полезные связи — норма среди аристократии. Хорошая, модельная внешность же, из-за наличия Даров, и вовсе есть чуть ли не у каждого третьего, в том числе даже у простолюдинов.