– Трусы!

– А когда Красные Шапки совершали подвиги в одиночестве? – поинтересовалась Фатма.

– Мы не супергерои! Мы их прообразы.

– Про что? – изумился Артём.

– Прообразы, – с достоинством ответил Копыто.

Наёмник цокнул языком, а затем с уважением оглядел шаса и моряну:

– Если ваше совместное путешествие затянется, он даже в школу сможет поступить. Минимум в третий класс.

– Я сам удивился эффекту, – не стал скрывать Лебра.

Но Фатма не позволила мужчинам отвлечься:

– Почему ты сказал, что затея опаснее, чем мы думаем? – спросила она, глядя Артёму в глаза.

– Потому что если они ко мне полезут, я начну бить в ответ.

– Колдунов? – уточнила Фатма.

– Ага.

– И собираешься выжить?

– Мы сейчас говорим не о моём выживании, а о том, что я их всех убью. Второе подразумевает первое.

– А если их окажется много?

– Значит, я буду убивать их долго, – развёл руками наёмник.

В том, что он справится, Артём не сомневался.

– Может, позвонить Бессмертному и сказать, чтобы не лез?

– Он всё равно полезет, – кисло произнёс Лебра. – Не поверит, что Артём сможет их всех убить.

– А он сможет? – тут же осведомился уйбуй.

– Копыто, не морочь нам головы.

– Я должен знать!

Лебра посмотрел на наёмника:

– Ответь уж. Он не отстанет.

– Не факт, что я прикончу всех, – серьёзно сказал Артём. – Но точно тех, кто полезет. Остальные разбегутся.

– Мля… мне, в натуре, нравится, – пробормотал дикарь. – Запиши там, что я вписываюсь.

– Ты что? – растерялся Лебра.

– Я вписываюсь, – повторил Копыто. И кивнул на Артёма: – Полезу с этим челом неприятности делать ради «батарейки».

– Но почему?

– Потому что это правильно. – Уйбуй поправил красную бандану. – Мы должны с ними разобраться, а не бегать, как шарпеи какие, по всему свету, в натуре. – Подумал и добавил: – Ну, наверное, их можно будет как следует ограбить?

– Возможно, у них найдётся что забрать, – не стал его разочаровывать Артём.

– Вот! – обрадовался дикарь. – Делить будем по справедливости: половина мне – половина вам! А остальное можете отдать на благотворительность!

– Что «остальное»?

– Откуда мне знать? Я что, Лобачевский? – Копыто шмыгнул носом и вытащил из кармана плоскую фляжку. – С чего начнём?

приблизительно пять лет назад и раньше

Все мы, во всяком случае, в детстве и юности, представляли себя героями любимых книг, игр или фильмов. Кто не ощущал себя непобедимым воином или ловким вором, отважной спасительницей человечества или прекрасной Золушкой, к которой обязательно явится златокудрый принц? В этом нет ничего зазорного, хорошая история должна погружать в себя, дарить ощущение сопричастности и, самое главное, эмоции. Если книга, игра или фильм по-настоящему увлекают, ты оказываешься внутри них, принимаешь участие в событиях, примеряешь на себя, что естественно, роль главного героя и остаёшься в этой роли до самой победы.

С возрастом это проходит. У многих. Потому что эмоции тускнеют, появляются новые, «взрослые» заботы, а в «настоящей» жизни нет места выдумке. И старые герои в лучшем случае вызывают сентиментальную улыбку.

А бывает так, что вымышленные герои не «цепляют» даже в детстве, именно потому что ненастоящие, и ты не видишь смысла сопереживать или стремиться быть похожим на них, поскольку вокруг полно других образцов для подражания: сильных, независимых, дерзких… Реальных. Добившихся чего-то в той жизни, что находится за пределами экрана и книжных страниц. Которые щеголяют силой здесь и сейчас. С таких «героев» брал пример маленький Роже, выросший в марсельских трущобах и видевший отвагу не в благородных рыцарях, а в наглых уголовниках, по любому поводу и даже без него хватающихся за оружие. Они стали для Роже образцами, являя собой сочетание того, чего так хочется нищему мальчишке: сила, деньги и свобода. Гангстеры и наркодилеры жили «красиво», и Роже не смущало, что многие из них жили недолго – как и все будущие уголовники, он твёрдо верил в удачу и не сомневался, что сумеет протянуть до старости. Ведь главное – быть жестоким и подлым, а всё остальное придёт само собой. Что же касается героев вымышленных… Они для Роже никогда не существовали, и лишь однажды, проснувшись у продолжающего работать телевизора, Роже увидел фильм в жанре фэнтези, который особенно не любил. Но вставать было лень, как и тянуться за пультом, Роже остался тупо таращиться на экран, понимая, что скоро вновь заснёт, и неожиданно понял, что образ мага, главного героя фильма, захватывает его. Роже не знал, о чём фильм, понятия не имел, с чего всё началось, но по-настоящему почувствовал колдуна, настолько почувствовал, что несколько раз шептал: «Не так, идиот, совсем не так!», потому что «знал», какие заклинания следует применить в том или ином случае. Знал так, словно был настоящим колдуном… Это было очень странное ощущение, настолько необычное, что Роже едва не проснулся окончательно, но сумел убедить себя, что перебрал наркоты, выключил телевизор и заснул.

И почти не вспоминал тот случай.

И, конечно же, никак не связывал его с тем, что, несмотря на среднее сложение, был весьма сильным и быстрым юношей, способным в одиночку справиться с двумя, а то и тремя громилами, превосходящими его и ростом, и весом. И уж конечно, не думал, что ощущение себя колдуном имеет хоть какое-то отношение к снам, в которых он стоял на вершине высокой горы, наслаждаясь пониманием силы и могущества. Эти сны Роже связывал со своими планами на будущее.

Закончив школу, Роже, неожиданно для многих, завербовался в Иностранный легион, прагматично рассудив, что именно там его не только научат безжалостно убивать, но делать это максимально эффективно и профессионально. И не ошибся. За пять лет марсельский мальчишка прошёл путь от всеми презираемого неумехи-новичка до хладнокровного убийцы, пользующегося заслуженным авторитетом, получил звание сержанта и вышел в отставку, несмотря на уговоры начальства, не желавшего расставаться с перспективным солдатом.