— Это еще не значит, что мы помолвлены.

— Нет. Просто держись, чтобы нас не смогли разделить. Затем пол ушел из-под ног.

Снаружи, за дверями, Кентигерн мрачно посмотрел на своих товарищей. Изнутри доносились звуки борьбы, усиленные пещерным эхом.

— Не знаю, как вы, парни, но если там Корвус, то я хочу отправиться внутрь, а не торчать тут, как пугало. Он нам кое-что задолжал.

— Ты прав.

Трое воинов вошли в пещеру.

Уна в первый раз посмотрела на север. Пока она заботилась о беременных, ей запрещалось выходить наружу, однако теперь девушка стояла на укреплениях вместе с народом своего клана, выжившим в Руаннох Вере, и смотрела на небо, держа в руках сверток. Она решилась вынести ребенка, хорошенько запеленав его, чтобы скрыть изуродованное тельце. Если им и в самом деле предстоит умереть, когда солнце навсегда исчезнет, лучше ему быть с ней. Если же они выживут, то каждому феину стоит быть свидетелем такого чуда. Кажется, пошел снег — становилось холоднее, — но она, как и все прочие, не двинулась с места.

— Леди Уна? — Рядом стоял Алистер. Он был трезв и мрачен, как и остальные, и смотрел на ребенка в ее руках. — Я должен извиниться перед вами. — Она хотела было заговорить, но он продолжил: — Понимаю, вследствие какой-то ошибки мне показали не моего ребенка; вы же объяснили, что дитя Бриджид погибло во время родов. Простите, я вас обидел.

Уна изумилась. Он явно убедил себя в том, что это правда, и хотя ее страшно разозлило такое лицемерие и захотелось швырнуть в него ребенка с криком «Смотри, вот твой сын», она сдержалась.

— Да, сэр. Именно так.

Алистер еще раз бросил взгляд на ребенка.

— Этому младенцу лучше бы не рождаться. — Воин кивнул на пропасть.

— Но он родился, — улыбнулась Уна. — И выжил в отличие от бедной матери. Его зовут… Тристан.

— Это значит «грусть», — промолвил воин и ушел.

Уна увидела в черном небе смутную тень — над ними пролетел призрачный белый орел. Она улыбнулась, подумав, что надежда все еще есть.

Они падали недолго и вскоре рухнули на каменный пол в нижней комнате. Малки выругался.

— Дункан, по-моему, я сломал ногу. Ох, как же больно. Дункан, ты все еще тут? С тобой все в порядке?

— Да, просто несколько синяков. — Талискер взял холодную руку горца. — Нас хотят разделить… Идем. Ты можешь встать?

— Да. Наверное, я все-таки не сломал ее. Хотя болит ужасно. Проклятый ублюдок. Почему бы ему не убить нас своим колдовством? Неужели не может ударить в нас молнией или какой-нибудь другой штукой?

— Не знаю. Может, ему, как и Рианнон, мешает затмение или просто любопытно.

— Если он тянет время, пока к нему не вернется сила, то нам лучше побыстрее отыскать Сандро… Что это? Ты слышал?

Раздался странный звук, и снова стало светло.

У правой стены виднелись две твари — полуженщины-полузмеи, и они поползли к друзьям. Малки и Талискер невольно отступили.

— Эй, Дункан, что нам теперь делать?

— Поторопиться. Они появились оттуда, так что скорее всего Сандро там. — Талискер выхватил меч и бросился к ним.

— Они опасны, — слабо возразил Малки, послушно обнажая клинок.

Талискер ударил ближайшую тварь, но она неожиданно выхватила из-за спины копье и одновременно хлестнула его хвостом, едва не попав по лодыжке. Он с воплем отскочил назад.

— Не давай ей сбить тебя с ног, Малки, или тебе конец.

Горец схлестнулся со второй противницей. Она сражалась молча, только хвост шуршал по земле.

Талискер оттеснил тварь к стене. Как ни странно, лицо ее оставалось спокойным, и противница то и дело улыбалась, отбивая удары и стараясь изо всех сил убить его. Дункан чувствовал легкое возбуждение. Говорят, такое часто бывает у воинов перед битвой и после нее, но никогда во время. Женщина-змея улыбнулась, и он на мгновение расслабился.

— Дункан!

Его оттолкнули в сторону и швырнули на землю. Подняв глаза, он увидел, что тварь обхватила Малки смертоносными объятиями и склоняется к нему, приоткрыв рот, из которого показался раздвоенный язык.

Талискер попытался встать, однако поскользнулся в луже крови другой твари, убитой другом. Схватив ее копье, он швырнул его изо всех сил. Направленное отчаянием древко полетело точно в цель и вошло в бедро женщины-змеи, сильно ранив ее. Воспользовавшись тем, что она на мгновение разжала объятия, Малки откатился в сторону, схватил меч и разрубил противницу пополам. Потом посмотрел на нее в ужасе, и его вырвало.

— Малки, — выдохнул Талискер. — Нам надо бежать, пока не кончилось затмение. Вперед, а то он еще что-нибудь выдумает.

Они бросились в дальний конец комнаты, но, не добегая до стены, остановились.

— И что теперь? — пробормотал Дункан. — Сандро, ты меня слышишь? Если да, протяни руку налево. Ответа не было.

— О нет, — застонал Малки. — Смотри.

Талискер обернулся к трупам женщин-змей и увидел, что на кусках трупов постепенно вырастает новая плоть: у верхних половин появляются хвосты, у хвостов — верхние половины. Скоро их станет пять. Отвратительное зрелище.