— Какую книгу ты взял после этого?

— Сказки какие-то, — ответил я.

— И очутился в нашем мире, — кивнул старик. – Теперь более понятно.

— А мне вот ничего не понятно. Если бы я взял другую книгу. К примеру, «Затерянный мир» Конан Дойла, то очутился бы в мире динозавров?

— Вероятно. Скорее всего, тут сыграл и твой разум, который не ждал того, что ты переместишься в некий объединенный сказочный мир, где все выдумки людей имеют право на жизнь.

— А если бы он знал точно, что собой представляет эта писанина на обложке гримуара?

— Тогда ты отправился бы только в мир, описанный Конан Дойлем. Понимаешь, Тимофей, миров великое множество и мир, в котором ты сейчас находишься, является квинтэссенцией всех других миров.

— Ясно. Тут живут все те, кого выдумало человечество. Герои сказок, художественной литературы и кино, так?

— Да, — кивнул Мортимер. – На самом деле, тебе жутко повезло, что ты попал именно в объединенный мир.

— Почему?

— Ой, блядь. Тима, не тупи, — фыркнула морда, но умолкла, нарвавшись на красноречивый взгляд Изабеллы, внимательно слушающей колдуна. – Молчу.

— Куда хуже, если бы ты попал в непроработанную вселенную. К примеру, в сказку о Колобке.

— Да, — согласился я. – Веселого мало. Там сказка вся на трех страницах и с минимумом действующих героев. Пришлось бы жить среди трех говорящих зверей и двух стариков, которые создали Колобка, верно?

— Именно так, мой мальчик. Или же мир скандинавских мифов, что тоже не есть хорошо.

— Рагнарёк?

— Ага. Конец света, Апокалипсис, — пояснил старик удивленной Изабелле, которая таких слов отродясь не слышала. – Никто не дал бы гарантии, что ты останешься в живых после финальной битвы асов с великанами, да и колдунов, способных отправить тебя обратно, там тоже нет. Жизни героев мифов или сказок прописаны довольно четко, а твоя нет. Поэтому ты запросто мог бы исчезнуть после Рагнарёка, а там расцветет новый мир и все начнется по новой.

— Весело, бляха-муха, — тихо вздохнул я, затягиваясь сигаретой. – Но получается, что и здесь я не могу себя чувствовать в полной безопасности.

— Относительно, я бы сказал. Этот мир, являющийся квинтэссенцией всех остальных выдуманных миров, самостоятелен. Как ты заметил, жизнь здесь продолжается даже после того, как те или иные выдуманные события заканчиваются в оригинале.

— Заметил, — я посмотрел на Колобка, который беззастенчиво дремал под столом.

— И этот мир постоянно расширяется, ибо наше с тобой любимое человечество постоянно придумывает что-то новое. Будь это синтез вселенных или создание иных вариаций жизни выдуманных личностей.

— Как вышло, что вы здесь очутились?

— Думаю понятно, что я англичанин, — улыбнулся старик. – Я родился в тысяча девятьсот первом году, в Гилфорде, на Юго-Востоке Англии. С детства я был неугомонным ребенком, который безумно любил приключения. Родителям пришлось со мной помучиться. Но это не относится к рассказу, и я предлагаю опустить часть о моем детстве и перейти сразу к тому месту, когда я очутился здесь.

— Да, как вам угодно, — равнодушно хмыкнул я, все еще стараясь привести мысли в порядок.

— Я был младшим аналитиком в Британском королевском музее, когда нам поступило указание от главного смотрителя. Необходимо было тщательно изучить ларец Фрэнкса, только поступивший в музей.

— Что это за ларец?

— Просто резная шкатулка из китового уса, найденная во время раскопок у города Клермон-Ферран во Франции и переданная нашему музею Агастасом Фрэнксом. Знаешь, Тимофей. Меня всегда привлекала история. Привлекала тем, что я могу прикоснуться к прошлому и возможно заглянуть в будущее. Кто же знал, что частично моя мечта исполнится, — усмехнулся колдун. – Так вот. Во время одного из осмотров, когда я оставался в комнате один, мне удалось найти потайной отсек, в котором находился странный амулет из матового зеленоватого стекла и почти истлевшая бумажка с надписью на латыни. Знал бы ты, как я обрадовался. Эта находка наверняка бы прославила меня и гарантировала новую ступень в карьере, но дернул черт взять в руки этот амулет и бумажку.

— Дайте угадаю, на бумажке была надпись про врата и ключ к ним? – спросил я. Мортимер кивнул.

— Да. Я прочитал и угадай, о чем подумал в тот же миг?

— Не знаю.

— Я подумал, что это просто сказки. Выдумка суеверных людей, которые вкладывали в этот амулет и в эти слова какой-то сакральный смысл. Не пристало ученому верить в странные суеверия черного люда. А потом, это я помню, как сейчас, стоило мне выйти из музея и отправиться домой, как земля под ногами исчезла, а вместо нее появились звезды. Тысячи и мириады звезд, которые кружились в далеком космосе. Очнулся я уже в сказочной стране. Английский джентльмен, который не верил в сказки, сам очутился в сказке. Представляешь, Тимофей?

— Представляю, Мортимер.

— Не скрою, мне повезло. Повезло встретить странного паренька, ростом с мой большой палец. Он рассказал мне, куда я попал, а дальнейшее было делом техники. Я сразу же решил найти тех, кто в этом мире исполнял аналог ученых. Я нашел их. Колдуны, маги, чернокнижники, ведуньи и ведьмы. Их было так много, что я поначалу растерялся, но благодаря хорошей памяти, вспомнил большинство сказок, которые мне читала матушка в далеком детстве, и принял решение учиться. Учиться тому, что в этом мире зовется магией, а в нашем – наукой.