Монтана взяла меня за другую руку, и когда я посмотрела ей в глаза, мои слезы хлынули потоком, преодолев последнюю мою защиту.

Я бы принесла эту жертву десять раз, если бы могла избавить ее от той же участи.

— Значит, мы договорились? — Нетерпеливо спросил Андвари. Он придвинулся ближе, и его дыхание коснулось моей кожи, в то время как мой пульс грохотал в ушах, отчаянно пытаясь отбить как можно больше ударов, прежде чем ему придется остановиться.

Я не смотрела на жестокого бога, отказываясь допустить, чтобы его лицо было последним, что я увижу в этом неумолимом мире.

Вместо этого я не сводила глаз с сестры, цепляясь за ее руки, как будто только они приковывали меня к этому месту.

— Да, — выдохнули мы в один голос, и Андвари протянул руки, чтобы положить их нам на плечи.

Глаза Монтаны расширились от удивления, когда вампирское проклятие было снято с нее, и ее черты вернулись к своему прекрасному человеческому несовершенству. Ее щеки вспыхнули, когда ее сердце начало биться, и мое тоже почти болезненно ударилось о ребра.

Ее возвращение к жизни длилось всего полсекунды, прежде чем я почувствовала, как холод хватки Андвари на моем плече проник под мою плоть.

Я ахнула, делая свой последний вздох, когда его кулак сомкнулся вокруг чего-то глубоко внутри меня, и сила его хватки, казалось, могла задушить все, что делало меня той, кем я была.

Я потянулась к Монтане каким угодно способом, только не физическим, когда он вырвал наши души из наших тел, и плоть, которая когда-то приютила нас, упала на пол пещеры.

Царила тьма, наполненная болью, потерей и тоской, но где-то среди нее я нашла ее, взывающую о том, чтобы соединиться со мной в последний раз.

Моя душа прильнула к ней с отчаянной, щемящей потребностью, и на одно последнее мгновение я упала в ее объятия, прежде чем руки смерти забрали у нас даже это.

И нас больше не было.

— М

ы должны добраться до Валентины! — Я крикнул Магнару, пока он голыми руками отрывал конечности. Гора изломанных тел вампиров смешалась с пеплом, образуя кольцо вокруг нас.

Еще несколько человек прыгнули на кучу, чтобы перехватить нас, и я снова расколол землю, забирая с собой живых и мертвых.

Магнар отшатнулся от выступа, когда огромная трещина оставила нас с горсткой наших врагов.

Мы разрубили последних кусачих, преграждавших нам путь к Валентине, и Магнар подскочил ко мне, когда мы побежали в лес.

Мимо меня проносились стволы деревьев завесой зелени. Я двигался так быстро, что мир казался не более чем размытым пятном на периферии моего зрения. Магнар не отставал от меня, наши ботинки вспарывали грязь под ногами и выбрасывали ее за спину.

Кусачий бросился нам наперерез и был разорван на куски, когда встретил всю силу наших тел, врезавшихся в него, как грузовик.

Из моей руки торчал клинок, и я с шипением боли выдернул его, швырнув вперед со скоростью пули, когда заметил впереди свиту Валентины.

Мужчина, в которого он попал, превратился в пепел, и Валентина оглянулась через плечо с ужасом во взгляде. Она подняла руки, и небеса затрещали в ожидании. Молния устремилась к нам, такая ослепительно белая, что казалось, она обрушивает все небо нам на головы.

Она уперлась ногами, яростно крича, и этот звук отдавался у меня в барабанных перепонках. Молнии били со всех сторон, и я сдвинул землю, пытаясь поднять ее, чтобы укрыть нас.

Позади нас в горах раздался грохот, и волна невероятно сильной силы вырвала с корнем все деревья вокруг нас.

Мы с Магнаром ударились о землю, образовав огромный кратер, когда нас отбросило вперед под огромной ударной волной. Буря вспыхнула и утихла над нами, и каждая капля света в мире, казалось, заколебалась вместе с ней.

Воцарилась тишина, пока я карабкался по земляному холму передо мной, а Магнар двигался рядом со мной; два воина, объединенные нашим общим делом. Мы поднялись на вершину, и мой взгляд упал на Валентину и группу кусачих рядом с ней.

Она ахнула от ужаса, прижав руку к груди. До моих ушей донесся звук удара, затем он становился все громче и громче, он отдавался в груди всех наших врагов.

Щеки Валентины вспыхнули, и она покачала головой, страх отразился в ее глазах, когда она посмотрела на нас.

Они были людьми. Все они.

Я взглянул на Магнара, потянувшись к своему сердцу, когда он сделал то же самое. В ответ ничего не последовало.

Он оскалился, и поднялся на ноги, а мир, казалось, содрогнулся вокруг его огромной фигуры.