Лекция была о смертельно опасных точках на теле человека, где удар или порез могут быть фатальными. Обсуждали это в контексте дуэлей.

Дуэли! Эти аристократические забавы для тех, кому скучно жить или у кого слишком много свободного времени. Многие, желая эффектно махнуть шпагой и устроить кровавое шоу, случайно отправляют соперника на тот свет. А потом искренне удивляются: «Как так получилось?»

Прочистив горло, я с самым серьёзным видом сказал:

— Я понял, что вызывать кого-то на дуэль — не самая лучшая идея.

В аудитории послышались смешки. Препод поднял бровь, но кивнул:

— В целом верно.

Он одобрил мой ответ, но я почувствовал, что нужно добавить:

— Не стоит вызывать на дуэль, если не собираешься отправить оппонента в лучший из миров.

Сестра, сидящая через ряд, покраснела и спрятала лицо в ладонях. Несколько студентов захихикали громче. А препод посмотрел на меня с лёгким удивлением:

— Это не совсем то, что я имел в виду, но доля правды в ваших словах есть. Дуэль — дело серьёзное, можно и жизнью поплатиться.

Я пожал плечами и сел обратно, ощущая себя своеобразным героем. Если подумать, знание о том, куда можно ударить, чтобы гарантированно решить проблему, — очень даже полезно. Мало ли, вдруг кто-то снова решит отвлечь меня от телефона в самый неподходящий момент.

Препод продолжил лекцию, а я ловко вытащил телефон обратно. Сестра бросила на меня укоризненный взгляд, но я лишь ухмыльнулся в ответ. Что ж, по крайней мере, теперь у меня есть план Б на случай, если жизнь в академии станет совсем невыносимой.

В конце концов, если меня снова поднимут перед всей группой, я всегда могу вызвать препода на дуэль. Да, чёрный юмор — моё спасение в этой беспросветной скуке. Главное — не перепутать опасные точки, а то придётся объясняться с нашей грозной директрисой.

Лекция подходила к концу, и я уже предвкушал свободу. Но прежде чем прозвенел звонок, препод бросил на меня последний, проницательный взгляд:

— И помните: знания — это сила. Используйте их с умом, — произнёс он, пронизывая меня глазами.

Ну, если он намекал на меня, то пусть не сомневается — всё будет как надо.

В тот момент в голове был полный хаос из воспоминаний и предчувствий. Да уж, тут убийства на каждом шагу. Даже в дружеских дуэлях, которые вроде просто разминка, что-то идёт не так. Кто-то оступится, переоценит силы — и вот уже кто-то лежит мёртвый. А потом неизбежно вспыхивает война между семьями, и счёт жертв идёт на десятки, если не сотни. Будто все только и ждут повода уменьшить население своими руками. Вообще, всё это грустно. Но, наверное, мне теперь не стоит говорить о гуманности. Я, конечно, здесь пролил совсем немного крови по сравнению с прошлым, но и этого хватает, чтобы спать неспокойно. Забавно, как жизнь меняет роли: там я был почти мясником, а здесь стал почти пацифистом.

После занятий я пошёл в столовую, мой живот уже бурчал от голода. Зайдя внутрь, заметил сестру и Вику, которые помахали мне издалека.

Я кивнул им в ответ, пробираясь между столиками. Сестра выглядела свежей и энергичной, глаза горели. Вика была чуть задумчивой, но, когда я подошёл, улыбнулась.

— Привет, как день прошёл? — спросил я, садясь рядом с ними.

— Да нормально, — сестра пожала плечами. — Но у Вики появился тайный поклонник в спортзале! — хитро подмигнула она.

Я поднял бровь и посмотрел на Вику. Та закатила глаза и усмехнулась.

— Да нет никакого поклонника. Просто на фото из спортзала за мной оказался парень, который тягал гантели. Его рука попала в кадр — вот и всё, — она пожала плечами.

— Ну конечно, — протянул я. — Я так и подумал, когда фото увидел. Только интересно, как Маша умудрилась это разглядеть.

— Я же выложила его к себе на страницу, — объяснила Вика, и всё стало понятно.

Мы заказали еду и начали перекусывать. Девчонки болтали без остановки — обсуждали новые модные тренды, последние сплетни и смешные случаи на лекциях. А я, медленно жуя бутерброд, думал о своём. Вилка крутилась в пальцах, отражая бардак в моей голове.

Вчера мне удалось на время утихомирить одну группу аристократов. План был неплохой… С Гришей мы провернули дело, которое могло показаться предательством друга. Но всё было иначе. Гриша сам решил рискнуть, зная, какую выгоду это принесёт ему и его семье.

Никто не заставлял тех дураков красть документы, которые Гриша подменил на свои родовые бумаги. А потом сообщил своим, что бумаги украли. Ему даже не пришлось указывать на виновных: они сами всё выяснили и устроили не просто разборки, а настоящую зачистку.