Я надеялась, это именно тот случай, а не провокация, за которой последует война.

Обвела взглядом советников, разрешив им высказываться. Молодые требовали собирать армию. Идти войной, отбить наших коров, отомстить за пастухов, заодно и разграбить пару деревень, а то засиделись они уже без дела! Старейшины, что поумнее, советовали уладить мирным путем.

– Воевать не будем, – согласилась я. – Потребуем объяснений, затем извинений. Но народ все же поднимайте, а то мало ли!..

Сказала и пошла собираться в военный поход.

Все, Лика, доигралась! Угнанный скот, убитые пастухи, поруганные селянки… Может, наябедничать легату, пусть приведет свой Девятый легион? Будем вместе коров искать…

Нет уж, сами разберемся!

Я почти дошла до «женского» крыла с моими покоями, как услышала ни с чем несравнимый стук подбитых гвоздями эскарийских солдатских сандалий, ступавших по мозаичным плиткам внутреннего двора. Спиной чувствовала, кто идет, но не собиралась останавливаться. Пусть догоняет! Поймала себя на мысли, что улыбаюсь.

Он все же окликнул меня, когда я поднималась по ступенькам. Пришлось повернуться. Что надо уважаемому посланнику Императора? Ведь попрощались, а еще я попросила Веритакса деликатно намекнуть эскарийцам, что Игры откладываются. Как только вернемся – коров отобьем, за пастухов отомстим, – так сразу же пришлем в Эборак вестника с приглашением.

– Что произошло? – спросил легат.

Факельщики замерли на приличном отдалении, не мешая нашей беседе, поэтому я с трудом различала его лицо. Ночи здесь темные и холодные, да и ветер приносил влажное дыхание болот с подножий гор. Я поежилась, но не только от ветра, что продувал насквозь, несмотря на теплый шерстяной плащ. В полутьме Квинт Октавий походил на демона – устрашающий, но невероятно красивый.

И я в который раз поразилась его сходству с Андреем.Черт побери этот долбанный мир!

– Что у вас произошло? – повторил он свой вопрос.

– Где произошло? – наигранно спросила у него с интонацией глупой блондинки и картинно оглянулась.

– У вас, – терпеливо пояснил легат.

– У нас? – вновь удивилась я. – У нас все в порядке.

Мне нравилось над ним издеваться, но Квинт Октавий не был настроен шутить.

– Известие, из-за которого отменили Игры, – терпеливо произнес он. – Твои воины седлают лошадей, готовясь к походу. Что случилось, Аэлика?

– На пограничное поселение напали коритане, – я тоже перестала дурачиться. – Угнали скот. Плюс несколько трупов, – про девушек говорить постеснялась. – Но это наше дело и оно никак не касается Империи.

Думала, Квинт Октавий примется возражать, уверяя, что они должны нас защищать и охранять. Заранее решила, что пошлю его далеко и без факела. Но послать не вышло, потому что он взял и ушел. Кивнул, развернулся и, стуча по камням железными гвоздями в подметках, ушел.

И мне даже стало обидно.

А как же послать?! И даже не попрощался!

Обижалась я недолго – служанки помогли переодеться в мужскую одежду, заплели косы. Наверное, чтобы волосы в бою не мешали. Внезапно я осознала, что ввязалась в серьезные неприятности. Какая еще война, если только и умею, что гонять на машине?!

Когда спустилась вниз, сопровождаемая своими телохранителями, оказалось, что у входа во дворец меня ждали. Не только сотня воинов королевской дружины, Актеон с дружиной, трое друидов, в полутьме походивших на белых призраков, но еще и легат Квинт Октавий Варран с отрядом кавалерии.

Странно, но посланнику императора и Сената я даже обрадовалась. Правда, похоже, только я одна. Пока поджидали лошадей из королевских конюшен, да воинов из ближайших поселений, подходили старейшины и негромко интересовались, зачем нам нужны эскарийцы.

Хотела бы я это знать!

Подошел Ангус, пожал мне руку, хотя в его сочувствии и поддержке я больше не нуждалась. Пока одевалась, успела прийти в норму. Все же уговорила себя, что легат – это очередное издевательство судьбы, примерно такое же, как и марш-бросок в темноте к южным границам бригантов.

Верхом ездила я неплохо, да и тело Аэлики оказалось привычным к седлу, но когда через несколько часов езды по отличной эскарийской дороге, а затем по пересеченной местности, наконец, добрались до Кармолиума – злосчастного поселения, из-за которого и начался весь сыр-бор, – я была едва живой от усталости. Упала на руки Актеону, который помогал мне слезть с лошади. Если бы король караветтов не подсуетился, то, наверное, упала бы к его ногам…

Актеон оказался проворнее протрезвевшего Руэйда. Поймал, прижал, успел потискать, после чего поставил на землю. Подозреваю, Руэйд хотел того же самого, но опоздал, поэтому братец довольно громко послал повелителя дружественного племени к демонам.