Шрифт:
– Давление снизили?
– Да, потом телеграфировали, благодарили.
Вдруг в кабинет без предупреждения забежал Малышев.
– Евгений Александрович, не выгоняйте Урхо! У него сестра от дифтерии умерла!
– Здравствуйте, Андрей Германович. Рад, что вы принимаете мой кабинет за проходной двор. Не подскажете, сколько у нас штраф за нарушение дисциплины?
– Три рубля. Я заплачу, не жалко… – пробормотал доктор. – Случайно услышал. Я за сотрудника… Он же там…
– Вацлав Адамович, штраф за пьянку десять рублей?
– Именно так, – жизнерадостно воскликнул старший врач. Понял, гад, что ответственность за решение спихнуть получилось.
– С Пеккалы – пять. Половину спишем за помощь на вызове. Довольны, Андрей Германович?
Только вышли от меня Моровский с Малышевым, сразу Чириков зашел. Вот он дисциплину не нарушает, всегда аккуратно стучит, хотя я и предоставил ему право входить без доклада в любое время.
– Здравствуйте, Евгений Александрович. Рад видеть вас в добром здравии.
– Здравствуйте, Федор Ильич. Проходите. Что у вас?
– Текущие вопросы, ничего срочного. Я только хотел узнать, что делать с квартирой, которую занимала Виктория Августовна? Вы оставите ее за собой, или мы будем сдавать ее?
Глава 11
Газета «Новое время».
«Юморъ.
Врачебные сов?ты.
1. Не сл?дуетъ спать на л?вомъ боку: это ст?сняетъ сердце.
2. Нельзя спать на правомъ боку: это тяжело для печени.
3. Вредно спать на живот?: это сдавливаетъ грудную клетку и м?шаетъ правильному дыханiю легкихъ.
4. Сл?дуетъ изб?гать спать на спин?: это дурно отзывается на почкахъ и на центральной нервной систем?.
5. Спать сидя – большая неосторожность: неестественное положенiе т?ла не даетъ настоящаго отдыха, часто даже утомляетъ.
Соблюдая эти пять сов?товъ относительно сна, вы всегда будете здоровы т?ломъ и бодры духомъ».
Стоило мне услышать о том, что Вика меня бросила, тут-то меня и накрыло. Перед глазами упало красное забрало, я скрежетнул зубами. Руки сами зашарили по столу, натолкнулись на утренние газеты. Что за бред там пишут!
– А… Виктория, получается, съехала, никого не предупредив? – спросил я, чуть не дав петуха, но вовремя закашлялся.
Директор на меня удивленно посмотрел:
– А вы и не знали?
– Не знал!
Чириков наклонился ко мне, сочувствующим голосом произнес:
– На третий день после вашего отъезда. Вещи вывезла, но частично. Живет-с невенчанная с фотографом… – Директор вытащил из кармана платок, вытер лоб. – Да, да, с тем самым, что ее учил. По слухам, на Арбате квартиру снимают.
Ну да… Откуда все начинается, туда все и возвращается. Я даже не удивлюсь, если в доме у Марьи Сергеевны. Вот будет хохма.
– Что же вы так побледнели, Евгений Александрович? – Директор дотянулся до графина, налил мне стакан воды. – Скандала со вдовой опасаетесь?
– И опасаюсь! Вы забыли, сколько Елена Константиновна нам крови попила?
– Госпожа Талль и в правление «Русского медика» входит. – Чириков тяжело вздохнул. – Так что будем делать с жилплощадью? У нас уже очередь молодых врачей заселиться.
– Ни-чего! – по слогам, жестко ответил я. – Сначала мне надо переговорить с Викторией Августовной.
– Позвать ее?
– А она на работе?
– Пока да, – неопределенно ответил директор. – Но был уже разговор…
– Какой?
– Виктория Августовна хочет открыть свое фотоателье.
– Ах вот как… Зовите ее.
Чириков вроде как облегченно вздохнул. Ожидал более бурной реакции? Или переживал, что принес худую весть.
А как к этому относиться? С одной стороны, Вика в последнее время слишком часто смотрела на безымянный палец правой кисти, всё ей там чего-то не хватало. И черты характера любезной матушки нет-нет, да и просматривались. А с другой стороны, мне войны среди акционеров «Русского медика» не нужны. Пусть девица Талль устраивает личную жизнь, как ей хочется, я ей только добра пожелаю. Хотя с этим вольным художником… Сдается мне, будет он с нее деньги тянуть на высокое искусство без устали.