– Об этом вы хотели поговорить?

– Почти. Пока я не разберусь, что именно тут происходит, сведите любое общение к минимуму, даже с преподавателями. Находясь в замкнутом пространстве, кто-нибудь да сможет понять по неудачно брошенной фразе или жесту, кем вы являетесь на самом деле. – Проговорил он с каким-то беспокойством во взгляде. Интересно, он действительно переживает за меня или просто отца моего боится? – Пойдём. Не следует соваться в лес, когда стемнеет.

Путь был недолгим. Буквально через минуту мы пересекли незримую обычным взглядом черту, оказываясь в сером холодном мареве. Я остановился на границе, пытаясь привыкнуть к новым для меня ощущениям и понять, что именно заставляет в этом месте кольца души так ярко сиять.

– Чувствуешь? – нарушил абсолютную тишину Лебедев, глядя на меня пронизывающим взглядом, словно сканируя при этом каждую клетку моего тела.

– Да, только не могу понять, что именно, – честно ответил я.

– Это место пронизано первозданной энергией. Извращённой, тёмной, но энергией душ. В Школе, особенно в зале для медитаций и в личных комнатах, её тоже предостаточно и, как правило, хватает, чтобы развиваться в магическом плане гораздо быстрее. До прорыва на третий ранг тебе остаётся совсем немного, и того количества энергии, которое присутствует в здании Школы, должно было хватить, чтобы прорваться, даже не задумываясь о её накоплении. Но этого не произошло, значит, у тебя имеется какая-то серьёзная проблема, которую нам с тобой предстоит решить, и сделать это нужно как можно быстрее, – проговорил он, наблюдая за мной и моей реакцией.

Как только наставник сказал про тёмную энергию, я понял, что именно меня насторожило. Она отличалась от демонической, но одновременно с этим была на неё похожа. Я никогда не сталкивался со свободной энергией в пространстве, именно поэтому сразу не смог определить её сущность и происхождение.

– Что это за место? – спросил я.

Мне не хотелось связываться с силами, суть которых не понимал. Лебедев давал лишь крохи информации. Да и после того, как он притащил меня сюда, я стал сомневаться в своих мыслях о том, стоило ли вообще доверять этому человеку, который взялся буквально из ниоткуда. То, что его хорошо знала мать Милы и, возможно, отец ещё ни о чём не говорило.

– Несколько десятков лет назад, когда демоны только выползли на поверхность из своего прогнившего подземного царства, начали образовываться колонны, истинное предназначение которых никто пока так и не понял. И самая первая колонна появилась здесь. Точнее, начала появляться. Стражи тогда быстро сориентировались и закрыли Школу в этом субпространстве, переломив колонну на две части: одна до сих пор находится здесь, вторая в реальном мире на том месте, где стояла Школа до этого, – он махнул рукой вглубь леса, рядом с которым мы стояли. – Колонна сейчас представляет собой только кусок камня, но в тот момент, когда она появилась, от неё исходили жуткие волны демонической энергии, отравляющей всё вокруг себя. Под действием этой ауры почти всё живое погибло, а тем, кому удалось выжить, превратились в самых настоящих демонов, включая зверей и птиц.

– Демонические звери, – кивнул я, вспоминая жабу, которую Сергей притащил с собой после исследования местного болота.

– Да. И они обитают не только тут. Эти твари расползлись по всей империи и периодически приносят очень много неприятностей обычным людям. Будто обычной нечисти нам мало, – поморщился мужчина, на некоторое время замолчав. – Они имеют свои умения, уровни развития души и очень опасны для всех, кто встанет у них на пути. Вглубь земель мы пока не пойдём именно по этой причине. Но тренироваться будем в последующем именно здесь. Меня не интересуют танцы с противником, которым в последнее время учат в Школе. От вас двоих мне нужен результат. Ну и от оборотня, раз он затесался в вашу команду третьим. – Усмехнулся наставник, немного разрядив обстановку. Всё-таки прав был Сергей, по какой-то непонятной причине Лебедев его явно недолюбливает.

– Что вы знаете обо мне? – прямо спросил я у наставника.

То, что я почему-то не мог поглотить и впитать эту энергию, которая буквально сама проникала в моё тело, меня несколько насторожило. Она словно проходила сквозь меня, и я никак не мог ухватиться за эти нити и сконцентрировать их в одной точке. В этом смог убедиться не один раз, пока учитель рассказывал про запретные земли.

– Всё, что необходимо знать. Твой отец рассказал про утраченное ядро силы и про то, что при пробуждении родового дара ты смог каким-то непонятным образом его снова сформировать. – Тихо проговорил он, поворачивая голову в сторону и к чему-то прислушиваясь. – Развивать магический потенциал можно несколькими способами: тренировками, концентрацией и поглощением. Первое и второе для тебя по какой-то причине недоступно. Попробуем третий путь. Именно так ты смог пробудить дар и сформировать ядро, не так ли? – прищурился мужчина и, не дожидаясь от меня какого бы то ни было ответа, направил несколько нитей в сторону леса.

Буквально через несколько секунд он вытащил к нам связанного и верещавшего на одной ноте непонятного зверя. Это была помесь лисы и какой-то чешуйчатой твари. Её глаза горели демоническим огнём, а из открытой пасти, где красовалось несколько рядов острых, как иглы зубов, капала зелёного цвета слюна.

– Демонические звери отличаются от остальных тем, что не имеют сердцевины души. Как у демонов, она растворена в оболочке. И поглотить высвободившуюся энергию можно только в первые секунды после её смерти, – особо не напрягаясь, проговорил Лебедев, без труда удерживая вырывающегося из его пут зверя.

– Об этом методе не известно широким кругам, – задумчиво проговорил я, глядя наставнику в глаза. – Вы говорили про Стража, свалившегося в болото и потерявшего способность к развитию. Это были вы?

– Допустим, но я нашёл способ развиваться дальше, – хмыкнул он. – И мне очень сильно в этом помогли.

– Только не говорите, что вам помог мой отец, – едва поборол желание закатить глаза.

– Не совсем, – поморщился мужчина. – Твой отец был тем человеком, который скинул меня в воду. Но мы уже давно разрешили все разногласия, и никаких претензий у меня к нему нет. – Впервые на моей памяти улыбнулся Лебедев, даже не скрываясь за ухмылкой.