— Надо было его убить. — Говорит кудрявый через какое-то время полностью серьёзно.

— Раньше надо было думать, а теперь то что? Пускай живет твоя девка с тем парнем. — Смотрю на его хмурое выражение лица, про себя решая, что влюбленность — это явно не для меня.

— А ты то сам хоть раз любил кого-то? — Спрашивает кудрявый, слегка обидевшись на меня.

— Нет, и смотря на тебя не хочу. — Смеюсь с него.

— Сколько раз тебе повторять?! Не влюблен я в нее!

— Ага…ага… — Продолжаю его подкаливать слегка, посмеиваясь над ним.

— Какой же ты мудак! — Шипит он, понимая, что в обратном уже меня не переубедить.

— Хён. — Позвал Ен, и мы с обидчивым сразу забыли о разговоре.

— Что такое, мелкий? — Спросил на русском кудрявый, пока я спрашивал на корейском языке. — Что он говорит?

— Ен говорит, что сегодня ровно год, как он здесь. Ровно год как охотники убили его родителей и держат его в этой яме. Они ждут пока он перейдет, чтобы продать его на чёрном ринке. — Мои губы пересохли, мальчик говорил все это безучастно, как будто его это не касалось, при этом худые руки дрожали. — Они жили в Южной Корее, родители были рыбаками. Однажды он убежал в лес, посмотреть, как они в охотятся на медведей, тогда их увидели охотники. Отец убил нескольких, защищая раненую мать, за что их расстреляли на глазах у него. Ена продали этим охотникам, как товар, вместе со шкурами и клыками его отца и матери.

Парнишка замолчал, я увидел, как по его грязному лицу идет ручеек слёз, подошел к нему и обнял, совершенно не зная, чем сейчас могу помочь ему. Кудрявый сел рядом с нами и погладил мелкого по заросшей голова.

— Пора спать, зверята! — Крикнул вдруг сверху все тот же урод по-английски. Мы посмотрели вверх, видя, как он ухмыляется, закрывая пока что единственный источник воздуха. Вентиляторы начала гудеть, давая понять, что наркотик уже запустили в комнату. Осталось только ждать, чтобы понять, насколько хорошо Ен заделал решётки шкурками, и хватит нам в таком случае воздуха до утра.

***

— Она отвратительна! — Толкаю первую попавшеюся под ноги палку, та отлетает к ближайшему дереву и разбивается в щепки.

— Ага. — Участливо поддакивает Кирилл где-то сзади.

— Ну ты выдел это, выдел?! — Злость все еще колотит в груди, желание разорвать все на своем пути не утихает. Это моё желание, а не зверя. Тот перед этой мерзкой толстухой чуть ли на задние лапы готов становится! Серьезно, я думал, что свихнусь, пока стоило этой… Дарье ляпнуть о том, что хочет уйти, тварь впадала в такую панику, что разрушала все на своем пути, только не дать ей этого сделать.

— Выдел. — Участливо подтвердил узкоглазый, почти догнав меня.

— Слышал, что она об имени моем сказала? «Мне все равно»?! Слышал, «все равно» ей! А ничего что она это дурацкое имя мне дала?! — Со всей силы бью по стволу дерева, оно трещит и падает перед мной. Кажется, я слишком разошелся, по телу выступили белые волоски, только этого мне не хватало.

— Ага… Прости, что ты сказал? — Рассеянно переспрашивает Кирилл с недоумением смотря на мои лесозаготовки. Поворачиваюсь к нему и вижу, как этот хитрый гад пытается спрятать наушники в шорты.

— Ты что все это время музыку слушал? — Повышаю на него голос, я тут ему как идиот битый час рассказываю, жалуюсь, а он меня даже не слушал?

— Н-нет… — Вот бы еще и врал по убедительней.

— Иногда я жалею, что взял тебя к себе, честное слово. — Сдерживаюсь что бы не дать ему в лицо, поворачиваюсь и иду дальше в лес.

— Ты так часто это повторяешь, что я могу и поверить в это! — С насмешкой кричит он мне в спину, но я не обращаю на это внимания.

Настроение ни к чёрту, мне кажется она успела за день испортить его на всю жизнь. Ну что за девушка?! Психованная, ненормальная какая-то. А как ко мне относится, это что-то с чем-то! Глазки еще и Диме строила, гадина такая! Толкаю рукой дерево, кажется я теперь подрабатываю лесорубом.

— Братан, да успокойся ты! Ее же уже нет, она уехала, так чего так бесится теперь то? — Он хлопает меня по плечу и некое наваждение от меня уходит. Провожу рукой по лицу, чувствую усталость. Сдерживать зверя в последние сутки было просто невыносимо тяжело, он рвал и метал, пытаясь захватить надомной контроль чуть ли не каждое мгновение, когда эта мерзкая толстуха была рядом.

Кусты в ста метрах от нас зашевелились, появились Дима и Ваня, они превратились в людей и подошли к нам.

— Она уехала. — Подтвердил Дима с опаской осматривая ствола срубленных мною деревьев. Не удержался и вздохнул с облегчением. — Правда Ваня отчудил кое-что.

— Что? — Резко переспрашиваю, не скрывая угрозы в голосе.

— Автобус перепрыгнул. — Дима хихикнул, смотря как Ваня хмурится.

— Я же говорил тебе, что смогу, а ты не верил! — Обиделся наш самый проблемный, толкнул второго локтем.

— Пока он ехал что ли? Вот ты даешь! Круто, дай пять! — Вот серьёзно, чем они занимаются? Кирилл смотрит на него со щенячьим восторгом, то и дело сам надумает сделать такую глупость.

— Хватить разводить балаган. Ты мне братец лучше объясни, какого чёрта твоя полоумная сестрица решила, что я ей плечо вывихнул? Помнится, это ты ее, чуть не убил. Что-то не слышал, что бы ты ей в этом признавался? — Наступаю на этого уже не знаю кого, давно что-то я ему морду лица не корректировал.