По дороге юноша говорил мало. Лишь когда отряд подъехал поближе к крепости, он показал, где находятся главные ворота, где, в стороне от стен, стоит мельница, "где расположены площадки для строевых занятий и отработки навыков верховой езды.

— Если поехать вон туда, в холмы, то там очень красиво, и лошади есть где размяться, — сказал он, с интересом поглядывая на скакуна Пакс. Лошадь, на которой сидел сам юноша, Пакс, приглядевшись, оценила как очень хорошую, но довольно старую. — Если вы задержитесь у нас… я хотел сказать… то есть я, конечно, не хочу ничего вам навязывать, У вас есть более важные дела, но…

Пакс поспешила прийти ему на выручку, потому что мальчик явно не знал, как закончить начатую фразу.

— Если у нас будет возможность задержаться здесь подольше, — сказала она, — то, может быть, мы как-нибудь и прокатимся по холмам, и тогда я попрошу тебя показать самый интересный и красивый маршрут.

Алиам-младший замолчал, не рискуя больше вступать в разговор. Пакс улыбнулась, стараясь при этом, чтобы у нее на лице не отразилось умиление, несомненно оскорбительное для подростка. По мере приближения к крепости Пакс обратила внимание на разбросанные на почтительном расстоянии друг от друга крестьянские дома. Лишь в одном месте несколько зданий образовывали некое подобие деревушки. Заметив интерес гостьи, юноша объяснил ей, что было решено так расселять окрестных крестьян, чтобы, во-первых, снизить риск пожара, а во-вторых, облегчить задачу обороняющим крепость стрелкам.

— Так со всех сторон? — поинтересовалась Пакс. Юноша утвердительно кивнул в ответ. По периметру крепости лес был расчищен на расстоянии, явно превышавшем дальность полета стрелы. Мальчик поспешил объяснить и это:

— Мне сказали, это для того, чтобы дать возможность тем, кто в крепости, стрелять прицельно. Стрелкам противника, чтобы их стрелы долетели до крепости, придется выйти на открытое место.

— Разве у вас есть враги в окрестных лесах?

— Нет, — покачал головой мальчик. — Уже многие годы здесь все спокойно, но дедушка говорит, что нужно всегда быть готовыми ко всему. — Осторожно посмотрев на Пакс, Алиам-младший позволил себе задать вопрос, который явно вертелся у него на языке:

— Скажите, а это правда, что дедушка был знаком с вами еще до того, как вы стали паладином?

Пакс повернулась к нему и честно ответила:

— Да, это так. И по правде говоря, однажды мне пришлось сложить перед ним оружие.

По выражению лица мальчика она поняла, что авторитет деда в глазах Алиама-младшего возрос еще больше.

— Неужели он взял в плен паладина? — задыхаясь от восхищения, спросил юноша. Пакс рассмеялась:

— Ну, положим, я тогда не была паладином. Я была обычным солдатом, рядовым, и служила по контракту в другой роте.

— Да, но ведь… — У Алиама-младшего явно не сходились концы с концами. — А мне рассказывали, что паладины, перед тем как стать паладинами, обычно бывают рыцарями.

— Ты знаешь, оказывается, не у всех у них одинаковая судьба, — сказала Пакс. — Я была самым обычным солдатом, а затем вольным наемником. После этого я занималась в учебной роте в Фин-Пенире… — Тут Пакс уже пожалела о том, что начала это перечисление, потому что понятия не имела, стоило ли рассказывать почти ребенку о том, что случилось с ней после Фин-Пенира.

— А когда вы познакомились с моим дедушкой… — своим нетерпеливым вопросом юноша выручил Пакс из затруднительной ситуации, — вы тогда были просто солдатом — не оруженосцем, не рыцарем?

— Нет.

— Понятно. А в какой роте вы служили?

— В роте герцога Пелана из Тсайи.

— А, я его знаю! Дедушке нечасто удается захватить в плен взвод или когорту солдат герцога Пелана. А в последний раз, когда это случилось, все вообще обернулось очень плохо. Только вы не подумайте чего-нибудь… Я уверен, что с вами это никак не связано. А было это… ну, несколько лет назад.

К счастью, небольшой отряд в это время уже подъехал к воротам, и Пакс не пришлось вдаваться в подробные воспоминания. Из ворот навстречу гостям вышел Алиам Хальверик. За его спиной, на шаг позади, стояли двое мужчин, более молодых и высоких — ростом намного выше самого Алиама. Пакс предположила, что это и есть его сыновья. Сам Хальверик совсем облысел за то время, что Пакс его не видела, но выглядел по-прежнему крепким и полным сил.

— Кого я вижу! Паксенаррион! — во весь голос закричал Хальверик, приветствуя ее. — Ну-ка, Пакс, иди сюда!

Пакс спешилась, шагнула ему навстречу и оказалась в объятиях, похожих скорее на медвежьи.

— Я прошу прощения, госпожа паладин, за такое вольное обращение, но вы знаете, Кьери Пелан столько рассказывал мне о вас, что я уже заочно воспринимаю вас едва ли не как Родственницу. Рад видеть вас в отличной форме, полной сил и бодрости.

Пакс хорошо помнила ту теплоту, с которой Алиам Хальверик относился к близким ему людям. Эта теплота была, пожалуй, самой яркой чертой его характера. Сейчас, в холодный зимний день она, казалось, согревала еще сильнее. Не без труда согнав с лица улыбку и демонстративно сурово сдвинув брови, он обратился к внуку: