Я рискнул бы высказать свое мнение, что переход через леса или через Сильван был куда тяжелее.

— Да, одна погода чего стоила! — подтвердил Пелан. — А ведь у нас с собой еще были раненые. Кто мог, шел сам, а кто совсем обессилел — тех пришлось нести на носилках. А как тебе тот последний рывок в Фальо?

Воссиг улыбнулся:

— Я бы предпочел забыть об этом, мой господин. Чертова грязь под ногами! Все дороги в Фальо, по-моему, проложены специально по трясине. В полях и то нога проваливалась в грязь выше середины сапога. Мне уже начинало казаться, что мы никогда не выберемся из этого болота.

К беседующим подошел Аммерлин и напряженно поклонился Кьери Пелану:

— Мой господин, мы готовы выступить в дорогу. Ждем ваших указаний.

— Благодарю вас, капитан Аммерлин, — сказал Пелан. — Мы выступаем немедленно. Но сначала я хотел бы познакомиться лично с остальными рыцарями. Они оказали мне большую честь, отправившись вместе со мной в качестве почетного эскорта, и я хотел бы поблагодарить их за это. Кроме того, я думаю, нам будет легче взаимодействовать в случае нападения, если мы будем знакомы лично.

Настроение Аммерлина явно улучшилось.

— Личное знакомство с вами, мой господин, будет большой честью для каждого из моих рыцарей, — сказал он и повел Кьери к группе закованных в латы воинов, ожидавших команды сесть в седло. Пелан лично поздоровался за руку с каждым из них, отметив про себя хорошую физическую подготовку всех рыцарей и их спокойную готовность выполнить свой долг по защите почетного гостя королевского двора. Затем он обратился к рыцарям, составлявшим основу его почетного эскорта:

— Вот уже долгие годы я не участвовал в военных кампаниях вместе с подразделениями тяжелой кавалерии. Полагаю, кое-что из вашей тактики я уже забыл, а многого просто и не знал в силу недостаточного опыта координации действий с этим родом войск. Господин Аммерлин, я полагаю, вы не станете скрывать от меня реальное положение дел и без нужды изматывать лошадей длинными переходами. Сообщайте мне немедленно, когда сочтете нужным остановить колонну, чтобы дать лошадям передохнуть и привести в порядок их экипировку. Я думаю, мы все — и я, и ваши рыцари — понимаем, что пехотная рота, временно посаженная на лошадей или мулов, движется совсем не так, как подразделение тяжелой кавалерии.

Аммерлин почти совсем успокоился:

— Мой господин, я сожалею, что мы не можем двигаться с большей скоростью. Я прекрасно понимаю, что ваша поездка не терпит отлагательств и вы должны как можно скорее добраться до цели. Провожая нас и напутствуя в дорогу, наследный принц сказал, чтобы мы сделали все для вашего скорейшего прибытия в Лионию. Я знаю, что маршалы считают нас недостаточно подготовленными, но… — потрепав своего коня за шею, Аммерлин улыбнулся и сказал:

— Эти ребята были рождены не для скачек и не для пробегов. Но в ближнем бою они представляют собой надежную защиту. Мы сможем опрокинуть любую кавалерию противника, не перестраиваясь и не подвергая вас излишнему риску. Другое дело… Будет хуже, если противостоять нам станет тяжелая пехотная рота с копьями, но в таком случае…

— Если мы столкнемся с таким противником, — сказал Пелан, — скорее всего, нам просто надо будет постараться обойти его. Поверьте, я высоко оценил благородный жест принца, предоставившего мне столь многочисленный и хорошо подготовленный эскорт. Единственное, о чем я прошу вас, — не таите в себе сомнения и недовольство. Для того чтобы я мог лучше использовать все выигрышные стороны сопровождающего меня отряда, мне потребуются все ваши советы и ваш опыт.

Судя по выражению лица Аммерлина, было ясно, что напряжение наконец покинуло его.

— Мой господин! — совершенно спокойным и уверенным голосом сказал он. — Эти кони готовы идти весь день, но медленно, или сделать недолгий, но быстрый рывок. Здесь ничего не поделаешь, таков объективный выбор. Я бы предложил двигаться шагом, не переходя на рысь. Разумеется, эта скорость будет несколько меньшей, чем у лошадей, взятых в конюшне легкой кавалерии. Короткий отдых потребуется им каждые два часа. Разумеется, более длинный привал сразу после полудня. — Пелан быстро мысленно пересчитал скорость такого перехода и уже с полной уверенностью мог сказать, что когорта Доррин догонит их еще до границы. — Если же мы попытаемся увеличить среднюю скорость дневного перехода, — добавил Аммерлин, — то через два-три дня треть лошадей выйдет из строя. И что прикажете тогда делать?

«Бросить их и двигаться дальше», — промелькнуло в голове у Пелана, но он не стал произносить эту мысль вслух, прекрасно понимая, что рыцари королевского эскорта еще потребуются ему, причем именно верхом на этих грузных, неповоротливых, но сильных лошадях.

— Ну что ж, — сказал он наконец, — посмотрим, как у нас все получится. Я не стану торопить вас, если, разумеется, это не будет продиктовано крайней необходимостью. Надеюсь, вы меня понимаете.

— Так точно, мой господин. — Аммерлин был явно счастлив, найдя общий язык и взаимопонимание с человеком, выполнять приказы которого ему было поручено.