— Приди сюда и повтори это здесь, при всех, — требовательно сказала Пакс. — Что, этот свет, который сияет вокруг меня, — тоже старая, лживая сказка? Приди сюда и скажи мне в глаза, что у Геда нет силы.

— Против Лиарта — нет, — донеслось из окна, но человек, крикнувший эти слова, тотчас же исчез из проема. Ополченцы взволнованно переглянулись.

— Кто это? — спросила Пакс.

— Джориам. Он наш старейшина, — сказал дровосек. — У него сын бесследно пропал, а племянник искалечен этими… ну, теми, что в лесу.

В этот момент высокий седовласый человек вышел из двери своего дома на площадь и с искаженным злобой лицом направился к Пакс.

— Эй, ты! — окликнул он ее. — Значит, ты паладин? Ты приехала сюда, поднимешь нас сейчас на бой и уедешь, когда добьешься своего. А у нас все начнется с начала. — Оглядев Пакс с ног до головы, он сказал:

— Конечно, хорошие доспехи, прекрасный конь, добрый меч. Тебе-то не пришлось побывать на алтаре Лиарта! Тебе легко говорить.

Одним движением Пакс сорвала с себя шлем. Все взгляды устремились на ее обезображенную шрамами, наголо обритую голову. В этой тишине Пакс спокойно сказала:

— Вы ошибаетесь, почтенный старейшина. Я как раз побывала на алтаре Лиарта, и вот вам одно из доказательств тому. Я даже была отмечена его рогатым клеймом. Глядите — теперь оно обратилось в символ власти Геда и Великого Господина.

Старейшина безмолвно открывал и закрывал рот, шевелил губами, пытаясь что-то сказать. Собравшиеся на площади стали переглядываться, а те, кто не побоялся признать себя сторонниками Геда, приободрились и приосанились. Затем голос Паксенаррион снова пронесся над площадью:

— Воины Геда! Кому, как не мне, понятны ваши страхи. Я побывала в плену у жрецов Лиарта, так же как и ваши друзья и близкие. Я познала всю горечь плена, унижение, невыносимые муки. Если бы сейчас не было так холодно… — Голос Пакс смягчился, и в нем послышалась легкая ирония:

— Вы увидели бы, что такие шрамы покрывают все мое тело. Но надеюсь, что это, — показала она на свою голову, — будет достаточным доказательством тому, что мне пришлось пережить. Я знаю, что такое алтарь Лиарта и Черная Паутина Ачрии, но я знаю также единственный способ защититься от них. Я обращаюсь к вам, воины Геда! Прислушайтесь к его воле! Пойдемте со мной! Вместе мы победим демонов и страх или… или с честью погибнем в бою. Братья по ордену Геда! Мы не будем больше терпеть кровавые алтари Лиарта. Пусть не наша кровь льется на эти черные камни, но кровь наших врагов обагрит наши клинки. — С этими словами Пакс вскинула вверх меч. В ответ раздались воодушевленные крики.

— Но ведь… — Подняв руку, старейшина призвал всех к молчанию. Пакс не дала ему договорить.

— Нет, почтенный старейшина Джориам, время всех «но» и «может быть» прошло. Вы много страдали, и я сочувствую вам. Но теперь ополченцы Геда возьмутся за оружие и спасут себя от еще больших страданий и унижений. Вперед, и да поможет нам Гед!

Гнедой, пританцовывая, отошел с центра площади, освобождая место для начавших выстраиваться в шеренгу ополченцев.

— Неужели это правда? — воскликнул пекарь, снимая фартук и отряхивая испачканные мукой руки. — Неужели ты действительно сумеешь отыскать логово этих мерзавцев и мы на самом деле сможем победить тех, кто так долго унижал и мучил нас?

Губы Пакс скривились в улыбке, от которой стыла кровь в жилах тех, с кем ей доводилось сойтись в поединке.

— Братья-ополченцы! Нам действительно придется сражаться, на самом деле воевать против сил зла!

В следующий миг она увидела, как вызвавшиеся идти на бой против черных сил бросились к ферме, где маршал уже раскрывал двери оружейного склада. Через несколько минут небольшое, неровное полукаре выстроилось перед Пакс. А вскоре над площадью раздался топот множества копыт. Это когорта Доррин входила в город. Пакс развернула свой новый отряд в почетный приветственный строй и вывела навстречу появившейся на площади Доррин.

Доррин презрительно оглядела небольшую группу ополченцев, выстроившуюся на площади. При этом она тщательно избегала смотреть на голову Пакс. Остальным солдатам когорты не было необходимости отводить взгляд: они с нескрываемым ужасом смотрели на голый череп Пакс, исполосованный шрамами.

— Что это за люди? — недовольно спросила Доррин. Пакс, глядя ей прямо в глаза, ответила:

— Это ополченцы Геда из Драконьего Зуба. Они готовы выступить вместе с нами.

Доррин удивленно вскинула брови:

— Эти? — Сказано было тихо, но Пакс заметила, как вспыхнул, готовый наговорить грубостей, один из ополченцев — дровосек. Спокойно обмотав шарфом голову, Паксенаррион надела поверх него шлем и кивнула Доррин.

— Они нам будут очень нужны, — сказала она, — ибо сам Гед призвал их нам на помощь.

— Понятно, — ответила Доррин, не желая вступать в пререкания с паладином при солдатах и посторонних горожанах. — В таком случае я предполагаю, что…

— Этот вопрос тоже решен, — не дослушав Доррин, сказала Пакс и обернулась к маршалу: