— И я виновата, — добавила Мара. — Он жутко бесил нас, и мы не знали куда его деть.

— Да, но потом мы сами отправились за ним в ад и вернули его… да только так перестарались, что попали на небо вместо того, чтобы попасть домой, — как мог сжато описал всю ситуацию демонёнок.

— Но мы его полюбили и ни за что больше никому не отдадим! — добавила Мара и Малой улыбнулся ей, а затем показал большой палец.

Тогда как Сатане он показал лишь язык и добавил:

— Уходи… ты не наш.

— Как это не ваш? — возмутился Сатана, но тут к нему вышел Армагеддоныч, обратившись со своим вопросом.

— Послушайте, милейший. Я тут пока слушал от вас истории про геймеров, тогда спросить постеснялся. Но сейчас-то можно. Как говорится, последний день мира.

— Чего вам, Артур Гедеонович? — очевидно так расстроился отказом сына Сатана, что ни о чём другом думать не смел.

— Так вот геймеры эти все, — подбирал тот слова. — Они что, все за зло играть только будут?

— Уже сыграли, — развёл руки в стороны Сатана. — А вот — результат!

— Но разве нет среди них тех, кто так же охотны сыграл бы и за добро? Цветок бы там какой-нибудь выращивали, рыбу ловили, но… исключительно, чтобы котика покормить.

Сатана ухмыльнулся, сложил руки на груди и ответил так:

— Может и хотели бы за добро выступать, но кто ж им даст? Пока в играх стреляют, убивают, воруют и пьют кровь, игромир работает только на нас. И игроки его — наши. Они даже когда строят чего-то и разгадывают, всё равно наши. Так как ни один ещё соглашения под звёздочкой не прочитал, а там написано, что «все играют во славу Сатаны». Правда, на латыни написаны.

— Так, конечно, против такого ни один серафим не устоит! — хмыкнула Агата Карловна, глядя как последний багровокрылый защитник с неба летит на землю вверх ногами.

— Бум, — добавил Малой и снова показал отцу язык, ещё и отвернулся.

Сатана тут же побагровел лицом. Но рядом была психолог. Агата Карловна тут же разрядила обстановку:

— Вот вы вечно делами захвата мира заняты, а о сыне совсем не думаете.

— Но я всё — ради него! — возразил Сатана.

— А надо было всё — с ним! — парировала банши. — А теперь результат таков. Мир разрушен или на грани, а он вас видеть не хочет. А вот Адовых — хочет. И они ему стали родными больше, чем вы.

— Плохой вы отец, — добавил Артур Гедеонович. — О сыне совсем забыли. А сами всё по рыбалкам, да новых Всадников Апокалипсиса наверняка ищете.

— Как бы то ни было, Армагеддоныч. Что сделано, то сделано, — ответил Сатана и снова на Малого с надеждой посмотрел.

Но тот отвернулся и сделал вид, что его нет.

— Но ведь у людей даже выбора не было за которую сторону играть! — выскочила из-за спины своего спутника и Ленка. — Я бы вот за ангела какого-нибудь сыграла. Так что требую переигровки! Давайте на равных разрушать и творить. Чего сразу Апокалипсис? А? да и какой смысл, если все умрут? Сын вас любить крепче не станет при таком раскладе. Подумайте о Малом!

Сатана посмотрел на голову Люцифера, что уже показалась среди облаков и снова поправил котелок, размышляя вслух:

— Нет, на это у меня нет времени. Тут же последний уровень остался и всё — нет рая, а потом и всего человечества. План будет доведён до конца, даже если я с этого момента против.

— Разве ничего нельзя сделать? — спросила Блоди, которая не готова была снова со всей семьёй расставаться.

На этот раз навечно.

— Так это в реку времени нырять надо, назад плыть, против течения тяжело, — припомнил Сатана. — Да и что потом? Мне самому же с собой разговаривать? Останавливать меня там, доводами сыпать, да? Я и не пойму. Я там — вредный. А если всё не так пойдёт, как было? А ещё хуже?

— Конечно, не так! — подпрыгнул на месте Даймон. — Я же в тот день, когда Малого в ад отправил, в игру играл. И проиграл. Ну, его крики, пожары и вечные требования отвлекали, злили. И честно говоря, просто бесили. Вот я и вспылил на нём. А если бы игра была хорошая, да разве бы я психовал? Нет. Вот и Малой бы в ад не отправлялся. А дома остался. Я, может, нет-нет, да матери помог бы с ним.

— И я бы помогла! — подхватила Мара.

— Ой, а я бы тоже к ним в гости пришла и тоже чего-нибудь помогла бы, — добавила Ленка, взяв Даймона пальцами за ладонь. — Это мило, когда тебя из лимбо достают и прочие подвиги ради тебя совершают. Но и дома есть пирог тоже неплохо. А потом в гости идти. Так что давайте, как-нибудь назад всё же отыграем. И насчёт игр дадим игрокам свободу выбора хотя бы.

— Да! — добавил Малой и повернулся к отцу с таким требовательным взглядом, что тот не смог отказать.

— Что ж, — тихо ответил Сатана. — Ну по крайней мере, ад уцелеет.

— Ага, и рай, — добавил Даймон.

— И человечество! — улыбнулась Ленка.

Даже медведь и тот замычал, но глаза выражали согласие.

Тогда Сатана снял котелок, потряс его в руке и явил миру очередное чудо.

Миров в мире, всё-таки пруд пруди, а сын у него один. И чего ради тех детей не сделаешь?