— Она визжала, как заколотая свинья, — я рассмеялась при воспоминании, и он кивнул.

— Да, так и было. А ведь все, что она сделала, это украла у тебя лакомство. — Рука Рика переместилась к моей киске, и я тихо застонала, когда он провел пальцами по вытекшей из меня сперме и начал использовать ее в качестве смазки, играя с моим клитором.

— Она это заслужила, — пробормотала я, откидывая голову назад, когда он медленно обвел мой клитор, заставляя мои нервные окончания покалывать.

— Да. И что, по-твоему, я сделаю с мужчиной, который залез тебе в голову и заставил усомниться в наших чувствах к тебе? — спросил он, двигая пальцами взад-вперед, и у меня перехватило дыхание от удовольствия, которое он мне доставлял.

— Рик, — взмолилась я, забыв о вопросе, поскольку он продолжал играть со мной.

— Как ты думаешь, что я сделаю с человеком, который поднял на тебя свои гребаные руки? С тем, кто оставил синяки на твоей коже и заставил тебя бояться моих прикосновений?

— Ты убьешь его, — выдохнула я, и он мгновенно ввел в меня два пальца, словно вознаграждая меня за эти слова.

— Да, малышка, я убью его. Я убью его очень, блядь, красиво, — прорычал Рик, его пальцы входили и выходили из меня, заставляя меня хныкать, и он так легко, блядь, заводил мое тело, что я знала, что в любой момент испытаю очередной оргазм. — Я разрежу его на кусочки и отвлекусь только для того, чтобы трахнуть твою тугую киску, пока мы вместе будем слушать, как он кричит. Тебе бы это понравилось? Ты хочешь смотреть в глаза этому ублюдку, пока он истекает кровью, а я жестко трахаю тебя прямо у него на глазах?

— Блядь, — простонала я, моя киска жадно запульсировала при мысли об этом, а его пальцы задвигались жесче, его большой палец завладел моим клитором и сделал меня податливой в его руках.

— Я выкрашу твою прелестную плоть в красный цвет его кровью и выебу тебя в этой луже, такой глубокой, что тебе покажется, что ты, блядь, тонешь.

— Господи, — выдохнула я, и он вонзил свои пальцы в меня еще глубже, заставляя меня кончать жестко и быстро, как он и хотел. Точно так же, как он и предполагал, когда произносил мне на ухо эти греховно порочные слова. Он прижался своим ртом к моему, чтобы проглотить звук, который я издала, когда моя киска сжалась вокруг его пальцев, и я задрожала под ним, зная, что он еще не закончил.

— Черт, мне нравится видеть тебя, покрытую моей спермой, — сказал он низким голосом, вытаскивая из меня пальцы и обхватывая ими свой твердый член, дроча так, как ему нравилось, и устраивая шоу, от которого я задыхалась от желания попробовать его на вкус.

Я приподнялась на локтях, мое тело все еще содрогалось от взрывов удовольствия, которое он мне доставил, и я подалась вперед и провела языком по головке его члена.

Маверик сжал мои волосы в кулак и накормил меня своим членом, как я и хотела, загоняя его мне в горло и заставляя меня давиться его огромным, покрытым татуировками членом.

Мои глаза наполнились слезами, пока он жестко трахал мой рот, и я схватила его за задницу, впиваясь ногтями в его плоть в знак поощрения, — мне нравилось, когда он был груб со мной, и я хотела, чтобы он владел мной так же, как я владела им.

— Ты такая чертовски совершенная, — сказал он, наблюдая за мной. — Моя идеальная, прекрасная, потерянная девочка.

Я застонала вокруг его члена, но он внезапно отстранился, наклонился через меня к краю кровати и поднялся надо мной с ремнем в руках.

— Я же говорил тебе, что зол на тебя, Роуг, — сказал Маверик, протягивая ремень между нами и делая из него петлю. — Итак, теперь мне нужно, чтобы ты сказала мне, готова ли ты к своему наказанию? Потому что мне понадобится мой фунт плоти, прежде чем я смогу простить тебя.

Я облизала свои припухшие губы, ощущая на них вкус его возбуждения, смешанного с моим собственным, пока обдумывала, о чем он меня просит. В последнее время я так многого боялась, и яд Шона так глубоко подействовал на меня, что я даже представить себе не могла, что окажусь с ним в таком положении этим утром. Но когда я посмотрела в его темные глаза, то нашла там ответ на свой вопрос.

В этом темном мире, где мы жили, я могла бояться многого, но было и кое-что, чему я могла безоговорочно доверять, и этот мужчина был как раз из таких. Я любила его. И я причинила ему боль. Поэтому я готова была позволить ему применить ко мне любое наказание, чтобы он смог пережить это предательство и снова найти путь ко мне.

Я медленно кивнула, протягивая запястья, и ухмылка Маверика стала порочной, когда он схватил меня за бедро и перевернул под себя.

Он поймал мои запястья и зафиксировал их у основания позвоночника, затянув ремень достаточно туго, чтобы заставить меня резко вдохнуть, прежде чем схватить меня за задницу и поднять ее в воздух.