«Как будто наши жизни — единственная проблема… О своей бы подумал хоть чуть-чуть».

От извлечения симбионта он скорее всего помрет, так что сдача — вообще не вариант.

— Раз вы говорите так, значит понимаете, что я и мои люди больше не единственные, кто вас преследуют. Да, может я здесь всего не решаю, но отгородить ваших близких мне вполне по силам. Если же вы продолжите упрямиться, они наверняка попадут под перекрестный огонь. Повторю — ваше дело получило высший приоритет. Нам действительно нужна эта штука и мы не остановимся ни перед чем.

— «Нам» это кому? — приподняла Зенти. — Твоим заказчикам, что даже не удосужились тебе предоставить всю информацию или… Или самим «Душам», что не удосужились предоставить тебе всю информацию в прошлый раз? Я угадала?

Рыжая узрела в корень, напрягшееся тело Флоры тому прямое доказательство.

— Я уже сказала вам все, что могла. Максвелл, не важно, веришь ты или нет, я бы действительно хотела оставить вас в покое. К сожалению, я не могу себе этого позволить.

— Прости, Флора, но верим мы тебе или нет действительно не имеет значения, — отвечаю ей. — Я все равно не собираюсь позволять отцу принести себя в жертву, и Барти, думаю, тоже.

Та поджала губы и на миг её взгляд потускнел. Нервничает и скрыть подобное было уже сложнее.

— У этих троих, может, и отсутствует инстинкт самосохранения, но вы-то должны понимать риски, — она снова повернулась к отцу. — Демоны побери, Живчик! За твоей шкурой идем не только мы — ее хотят даже Владыки Демонов! Ты утянешь их за собой в могилу!

— Я уже сказал. Я не могу вам доверять.

«Мрак! Он всерьез все же рассматривает вариант о своей сдачи. Об этом мы потом серьезно поговорим…»

Она лишь вздохнула, явно понимая, что переубедить нас не получится.

— Тогда говорить с вами будет он…

С этими словами она сделала шаг в сторону, а затем и толпа солдат рядом с ней начал расходится, пропуская… идущую к нам троицу.

Заметив их отец тут же напрягся и побледнел, а вот мы не совсем понимали, что происходит.

Впереди шел мужчина среднего возраста, но седина волос заставляла его выглядеть несколько старше. Одет в легкие черные доспехи, поверх которых он накинул кожаное пальто. Солнце в таком костюме должно напекать просто зверски, но по этому человеку вообще не было видно, будто ему жарко. Скорее наоборот — от него будто веяло холодом. Взгляд его единственного глаза отдавался чем-то ледяным и неприятным, другой же глаз был закрыт повязкой.

Вторым был блондин с загорелой кожей и при очках. Он был одет не в доспехи, а довольно свободные и даже по виду дорогие одежды, вышитые серебром. В руке он держал весьма крупный чемодан, судя по виду, очень тяжелый, но мужчина удерживал его в одной руке как пушинку. И дело тут не только в силе, и так ожидаемой от серьезного бойца — даже его центр тяжести толком не был смещен. В отличие от первого он весьма добродушно улыбался.

Третья оказалась черноволосая красавица с очень длинными волосами, что она завязала в большую косу. С прямым носом, острым подбородком и большими голубыми глазами, она выглядела как настоящая аристократка и держалась с таким же благородным достоинством. Если бы еще не облегающий доспех, что был стилизован какой-то викторианский костюм с высокими сапогами на шпильках, белым воротником, а также рапирой на поясе, то можно было принять её за благородную леди. Она также улыбалась своими пухлыми губами и мило подмигнула нам.

— Позвольте представить моих старших братьев и сестру, — ровным голосом произнесла Флорайн. — Дельверт старший сын нашего отца, а также Лукас и Моргана.

Если с Флорой у нас еще были шансы как-то справиться, но другие Гамильтоны? Мы не то, чтобы много знали про их семейку, но то, что старшие дети там — те еще монстры, было практически общеизвестным. Все — четвертого уровня, ветераны-наемники с невероятным количеством опыта.

Видя эти троицу те местные жители, кто еще остался тут же начали разбегаться, и кто-то явно пошел звать стражу. Стража сейчас была бы весьма полезна. Не факт, что они бы нам помогли, но точно заставят эту толпу осторожничать.

— Не будет больше переговоров, Якоб Живчик, — произнес Дельверт, смотря только на отца. — Ты идешь с нами, а твои дети будут заложниками, чтоб отговорить тебя делать глупости.

— И что потом? — фыркнул отец, взяв чашку с соком со стола. — После того как выпотрошите меня? Если начнешь рассказывать, как ты милосердно пощадишь моих детей, то засунь себе эти речи в задницу. Симбионт — лакомый кусок для многих, и отпустить тех, кто будет знать о его местонахождении — полная глупость. Я немного о тебе знаю, Дельверт Гамильтон, но все слухи подчеркивают одно — ты рационален до мозга костей. Я бы мог рассчитывать на твое слово, будь это делом публичным, но сейчас, когда ты пришел схватить невинных людей посреди улицы? Даже громилы из переулков больше достойны доверия.

— Наши действия могут быть неприглядны, но такова необходимость. Мы сражаемся с демонами и защищаем этот мир, — спокойно ответил первый сын. — Все что мы делаем связано с этим и каждое наше действие — это еще один шаг к победе.

— Что-то сомнительно, — усмехнулся папа, отпивая из чашки. Я же готов был в любой момент действовать, только ожидая его сигнала, но тот пока ничего в жестах не выдавал. Мы давно уже условились что и как, а потому молча ждали. — Вы сейчас бегаете за каким-то мужиком по всему миру, а не демонов убиваете.