— Не ной, не маленькая девочка же, — покачал я головой спокойно занимаясь своим делом.

Вроде как обнаженная спина красивой девушки должна меня неслабо возбуждать или смущать, но к Крес я давно уже привык относиться как к сестре, а потому особо не реагирую. Нет, реагировать могу, когда она опять выйдет из ванны только в полотенце или вообще без ничего, да и чего уж греха таить, я тоже засматриваюсь на её зад в этом облегающем костюме. Но ничего более. А уж сейчас и подавно ничего не чувствую.

Крес среди нас уже так прижилась, что как-то иначе к ней относиться сложно.

— Все равно неприятно, — ответила она. — Долго еще?

— Почти закончил. Все равно придется ждать, пока папа и Барти не закончат починку твоего костюма, — сказал я продолжая работать.

Эх, ночная романтика.

Холодная пустыня где вокруг лишь дюны и скалы, наш маленький лагерь что мы разбили среди нескольких крупных камней, костер горит, освещая округу и приносят тепло в эту холодную ночь. А над головой просто бесконечное количество звезд.

Такой красоты я раньше никогда не видел. Ни в одном лесу или на горе такое не узришь. Из-за темноты и бескрайности пустыни, создается впечатление будто небо совсем рядом и можно коснуться небесных светил.

Завораживающее зрелище.

Прямо стихи вспоминаются:

Пусть мир закрыла черная волна,

Но возникает в небе звезд сиянье.

В пустыне вновь холодная пора,

Я чувствую ночных ветров дыханье.

Здесь не растет трава, зеленая листва,

Но видно здесь далекое мерцание.

Что вижу я, поет моя душа,

Бесчисленные звезды мироздания.

Вроде и банальные рифмы, да и сам стих крайне простой, но есть в этих словах что-то душевное. Не помню где данное произведение слышал, но сейчас оно пришло мне на ум.

— Долго еще костюм будут делать?

— Минут пять.

Сейчас Барти и папа занимаются его починкой чуть в стороне, чтобы не смущать девушку, пока я обрабатываю её раны. Нас вроде не слышат, хотя каждый может легко усилить слух и все узнать, о чем мы тут болтаем. Хотя они там явно и сами нашли что обсудить, вон как оживленно шепчутся. Может новую бомбу делают.

— Ну-с, может расскажешь, чего это ты так странно себя ведешь? — спросил я.

— Ничего не веду себя странно, — максимально не убедительно пыталась она соврать.

— Ага, так я и поверил. Говори уже, чего ты так реагируешь на Барти? Обычно ты только рада его вниманию, а тут отворачиваешься и явно дуешься.

— Не дуюсь, — буркнула она.

— Эх ты, — лишь покачал я головой. — Злишься из-за танца?

Девушка втянула голову в плечи и некоторое время молчала, не оборачиваясь ко мне.

— Я… тоже всегда мечтала потанцевать под эту песню, — тихо произнесла она. — На том выпускном где она играла, все танцевали, а я сидела и смотрела на них… внутри меня все ревело и кричало от обиды и злости. А теперь все это досталось Зенти и Барти с ней танцевал.

— Тебя злит, что Зенти танцевала под эту песню, или то что она танцевала с Барти?

Крес ничего не ответила, так как вряд ли она даже понимала суть своих эмоций.

Тут не нужно быть гением психологии, чтобы понимать, что к чему.

Вечно позитивная и по-детски непосредственная Крес внезапно начинает злиться и ревновать, что крайне нехарактерно для нее. Это было бы больше в духе Зенти, а не Крес. Тут можно лишь сделать вывод, что у них происходит уже какой-то обмен не только памятью, но и чертами характера. Как Зенти, что так вдохновилась песней, что без задних мыслей согласилась танцевать с Барти, которого сторонилась, так ревнующая и негативная Крес, которая не может определиться в источнике своих эмоций.

— Я не собираюсь тут давать тебе советы или говорить, как делать. Просто помни, что ты и Зенти, все же один человек. Хотите вы этого или нет, но вам придется как-то ужиться друг с другом. Барти же лишь попытался наладить отношения с ней, чтобы и тебе было легче. Он хотел твоей компании, но все же решился говорить с ней. Ну, а я уже вмешался той песней и все несколько вышло из-под контроля.

— Угу…

— Все, я закончил с твоими ранами. Одевайся.

Да уж.

Нас тут убивать пытаются, за нами гоняются наемники мирового класса и демоны, а некоторые умудряются устроить романтическую драму на ровном месте. И я еще за чем-то в это полез…