Тем временем, Мари обвела нас с Роксаной долгим взглядом и шкодливо прищурившись выдала:

— О! Я смотрю голубки уже спелись? Быстро! Быстро! Что же такого произошло ночью в одной забытой деревушке, что вы начали понимать друг друга с полуслова?

Роксана зарделась и попыталась спрятать глаза. Я же никак не прореагировал — это лучшее что я мог сделать, дабы не питать пламя домыслов озорной девчонки. К тому же, что на самом деле ничего не было. Просто вечер в компании раненых. Которых порой требовалось успокоить. Иногда отвлечь разговором или добрым словом. А порой и просто побыть рядом. Эта чужая боль, которую мы разделили, она позволила нам почувствовать связь. Небольшой шаг. Но тем не менее шаг вперёд.

— Значит решено, идём на прогулку… — озвучил я своё решение.

Но не успел я подняться из-за столика, как по городу словно порыв ветра пронёсся гулкий звук набата. Глубокий. Мощный. Резонирующий чем-то в глубине, то ли тела, то ли души, отчего становилось неуютно.

На улицах при этом звуке началось оживление. Не паника. И даже не волнение. Просто некоторые из карни в броне сменили направления движения и чуть ускорились, растекаясь из гражданской части города, кто в сторону замка, а кто в сторону стен. При этом гражданские даже с шага не сбились и разговоров не прервали, продолжая заниматься своими делами.

Это не могло меня не заинтересовать и я поспешил на первый этаж, а следом двинулись и девушки.

— Что происходит? — буквально перепрыгнув пару последних ступенек лестницы, поинтересовался я у владельца заведения, который не спеша протирал пивные кружки.

— Вы о чём господин? — выгнул кустистые брови крепко сбитый карни со множеством зарубок на костистых лезвиях рук. Однако после краткого мига, лицо его разгладилось: — Вы о набате тревоге? Так не стоит беспокоиться!

— Не беспокоиться во время тревоги? — поддержала моё недоумение Мари.

— Так всего один удар же был, — а затем понимая, что мы не местные и не знаем местных условностей пояснил: — Один удар — значит, что из Тёмного леса вышли твари. Их не много и не факт, что они вообще доберутся до города. Но гарнизон должен быть усилен.

— А в какой момент тогда нам стоит волноваться? — решил я не лезть в детали и уточнить главное.

— Ну… Если четыре удара, то стоит поискать укрытия — могут появляться летающие твари. Это неприятно, — трактирщик почесал бороду. — Если семь ударов, то стоит поспешить к замку — это значит, что массовая атака тварей из леса и может быть прорыв городской стены. А если девять или десять ударов, то можно уже никуда не спешить.

— Это ещё почему?

— Так смысл рыпаться перед смертью? — просто пожал плечами трактирщик.

Мужчина говорил с таким пренебрежением, словно подобные тревоги происходят здесь по пять раз на дню. Хотя может оно так и есть? Столь утилитарное отношение к опасности и потенциальной смерти — это не то, что появляется за день, да и за несколько месяцев такое не заработать.

Что-то местный городок начинает меня нервировать. У меня конечно и раньше задержаться здесь желания не было, теперь так и подавно. А значит стоило завершить дела, пока не прозвучало четыре удара или больше.

— Странный город, — стоило нам выйти из таверны, констатировала Мари. — Крайне странный. Постоянно жить в таком напряжении, как у них, здесь. Я бы так не смогла.

— Каждый выбирает дом по себе, — философски резюмировал я. — Для местных это привычно. Не нам их судить.

— А какой бы дом выбрал ты, будь у тебя возможность?

Похоже, Мари потянуло на пространные разговоры. Я в целом был не против пофантазировать, тем более что ответ я знал. Я буквально жил в доме своей мечты, когда гостил у деда.

— Небольшой двухэтажный коттедж. В гостиной камин, где можно собираться с семьёй. Спален пять-шесть, — чуть задумался и добавил окружения: — Желательно в месте с тёплым климатом и побольше фруктовых деревьев. Отдельный от мировой сети искин, чтобы управлял бы бытовыми делами. И обязательно просторная конюшня для Мурки и место где на ней можно покататься…

Я прервался, поймав себя на мысли, что в своих мечтах начинаю смешивать свой прошлый мир и тот в котором я живу сейчас. Несовместимые элементы, что тем не менее в равной степени для меня являются символом дома и уюта. Больше нет желания во что бы то ни стало вернуться…

Передо мной скорее направление, которое становится всё более зыбким с каждым новым днём.

— Искин? — Роксана с запинкой выговорила незнакомое слово, что не перевелось даже с помощью Ирис. — А это что такое?

— А мы разве не говорили, что наш друг Дэн из другого мира? Он из изначального для людей. — Мари усмехнулась. — Редкий экземпляр. Пришелец из технологической цивилизации.

Развивать эту тему мне не хотелось, воспоминания о доме вызвали волну печали и ностальгии. Потому, я поспешил сместить акцент разговора в другое русло: